Город

Тетушка обеспокоено отозвалась:

— Что это за звуки?

— Нас обнаружили… отбросы, — напряженно наблюдая за упырем, отозвалась я.

Тетушка нервно отозвалась:

— Генерал отправил к вам три отряда… под мою ответственность.

Не сводя глаз потолка, — по которому полз отброс, умудряясь топать как лошадь, — я желчно хмыкнула:

— Не поверил… Ха!

— Это не важно, главное, что отправил! — поторопилась отозваться тетушка.

— Хорошо, тетушка, только заставь его по связи их поторопить. Не доверяйте его обещаниям, пусть при вас отдаст приказ о движении на максимальной скорости! Мы в окружении, я не знаю, сколько продержусь.

— Я все сделаю… — сдерживая рыдание, отозвалась она.

— Отбой… отключаю связь.

— Нет, не надо… прошу. Там на панели автомобиля есть рычажок, прямо над переговорным устройством. Нажми его, и мы будем слышать, что происходит.

— Как хотите… — отозвалась я, и на всякий случай опустила все рычажки, у меня не было возможности в темноте разбираться, что к чему.

Я бросила переговорное устройство на панель и перебралась назад… На что-то наступила. Это то, «тяжелое», что ударило меня по ногам, когда машину кинуло в деревья!

Взяла непонятный предмет в руку. Из пластикового основания что-то торчало. Сначала даже не поняла, что это, и что с этим предметом делать, пока не потянула за торчащую часть. Ух ты… тычковый нож с ножнами! Наверно его кто-то уронил во время аварии, когда машину кинуло на деревья. Я вынула лезвие полностью — длинный.

Пока я изучала находку, упырь два раза ударил ногами заднее стекло, то самое, которое краем попало под осколки от гранатометного выстрела. Оно угрожающе затрещало, но пока не поддалось.

Я торопливо засунула находку в карман. И вновь наставила пистолет-пулемет на отброса. Пусть, думает что хочет, пусть хохочет до потери сознания, но с такого расстояния даже упырю не поздоровиться!

Он что-то достал и ударил по стеклу: глухой металлический лязг слился с громким стекольным хрустом.

— Ку-ку… — Мерзкая рожа упыря при виде меня расплылась в улыбке.

— …куку-куку… — сухо отозвалась я, сглотнув от волнения.

Я целилась в темноте, руки дрожали, зрение затуманивалось, но второй возможности уничтожить его, у меня нет, и не будет. Промахнуться нельзя!

Тремя одиночными я расстреляла его в упор.