Сага о розах. Книга первая

На улице бы Оррин прошёл мимо такой девушки как Омико Иви ван Крауд. Но узнав её, ему захотелось разобраться в ней глубже. Его манила её душа ровно так же, как её прекрасно очерченные губы. Такие яркие и нежные.

«Интересно, целовал её хоть кто-нибудь?» - подумал он и ощутил стойкое желание попробовать вкус поцелуя этой прелестницы.

- Моей сестре не тяжело с ним жить, - между тем сухо ответила девушка. – Это я такая, господин Грейфф, что мне тяжело находиться вблизи родного отца.

- Я бы на вашем месте не осуждал себя.

Хотя… в чём-то вы, несомненно, правы.

Само собой Оррин имел в виду различие между мистером ван Краудом и его дочерью. Коварный старик и нежная красавица были слишком далеки в своих помыслах друг от друга, чтобы вдруг найти общность кроме кровного родства. Но его слова заставили Омико заинтересованно посмотреть на него. Она ждала продолжения, которого он не смел произнести. Вряд ли эта наивная девушка знала насколько дурной человек её отец, и любое его неприглядное слово о нём могло быть воспринято ею за оскорбление.

Поэтому Оррин подумал и сказал следующее.

- Я заметил, как вы смотрите на мистера ван Крауда, когда он начинает вспоминать о вашей матери. Вам тяжело видеть его таким беспомощным и растерянным. Но мисс Сабрина значительно младше вас, она его другим плохо помнит. Из-за этого она воспринимает его иначе. Но, поверьте, всё познаётся в сравнении. Вам ещё повезло. В мире много родителей, от которых не зря дети сбегают.

Оррин сам не знал, по какому больному месту сейчас ударил.

Он покамест считал, что мистер ван Крауд относится более тепло к Сабрине, так как вот-вот может потерять её. Он даже не предполагал, что Омико до смерти ревнует отца из-за сестры. Ему не было ничего известно о разворачивающейся семейной драме, поэтому он озвучил глубокий вывод… но этот вывод всё равно оказался поверхностным.

- А от каких родителей, по-вашему, сбегать следует? – с вызовом спросила Омико.

- Один раз в невесты дракону стала предназначена девушка, которая с самого рождения не выходила из своей комнаты, - с содроганием вспомнил он.

– Ей разрешалось общаться только с няней и с отцом, ни один из которых не проявил к ней хоть каплю доброты или милосердия. А обстановка… вы бы видели, в каких условиях она жила, мисс! Из мебели в комнате имелись только стул и подстилка. Полагаю, даже платье на ней было надето только по случаю представления жениха. Это было несчастнейшее создание.

- Ужас какой, - поразилась Омико и недоверчиво посмотрела ему в глаза.