Сага о розах. Книга первая

Однако при этом он не сомневался в собственной правоте. А то, что император открыто поддерживал его, ещё больше добавляло уверенности.

- Я говорю о том, что ритуал не предопределил тебе эту женщину, а потому не смей приближаться к ней! Понял?! – зловеще прошипел он в приказном тоне, но кузен остался спокоен. Снерш сощурил глаза и с язвительной улыбкой на устах произнёс.

- Ха, по-моему, тебе судьба вообще никого не предопределила. Поэтому смею предположить, что кричишь ты сейчас из-за того, что тебя снедает… Как её там? Ревность?

Сказанное разозлило Зарраха ещё больше, а потому он, глядя Снершу в глаза, процедил.

- Ты думаешь я не ощутил сладкий запах этой ля шеа? Он пьянит, но я не позволил себе к ней прикоснуться. Мне было бы противно докатиться до твоего безумия!

- Какое замечательное признание. Яркое и трагичное, - звонко рассмеялся Снерш, а затем состроил сочувственное лицо и сказал. – Но ты не переживай из-за всего этого, братец. Когда я стану императором, то позволю тебе прикасаться к любым женщинам.

Ты ещё сможешь забыться в женских объятиях.

***

- Омико, - жалобно протянула Сабрина одновременно со стуком в дверь. – Мне твоя помощь нужна. Я знаю, мы поссорились, но ты мне очень нужна сейчас.

- Входи. Что случилось?

Сестра неуверенно вошла в мою комнату. При этом она крепко прижимала к промежности полотенце. Красные пятна на нём объясняли всё лучше любых слов.

- Вот ты и стала самой настоящей девушкой.

- А мне кажется, что я вот-вот умру в самом расцвете лет. Почему крови так много? Я не люблю кровь, я её боюсь! А она даже не останавливается.

Панический настрой Сабрины вызвал у меня печальную улыбку. Самой мне на момент первой менструации было гораздо хуже. У меня не было старшей сестры, способной всё толково объяснить. Азиза была в отъезде, а место Кэти занимал лакей Брон. Хорошо хоть повариха Урсула, которую я на тот момент отчего-то до жути боялась, отнеслась ко мне по‑человечески. Наверное, после этого я с ней и сдружилась.

Произошло единение и сейчас.

Только меня и Сабрины. И пока мы совместно занимались женскими делами, сестрёнка достаточно остыла, чтобы начать сожалеть о своих поступках и задуматься о том, что может твориться в душах других людей.

- Я хотела узнать. Папа и правда попросил тебя общаться с Грейффом из-за меня? – в какой-то момент спросила она, и я задумалась - стоит ли говорить правду?

Но затем решила, что озвучить истину будет лучше, нежели выдумывать какую-либо утешительную ложь.