Эх, закрутилось!

Я облегченно выдохнула — никаких вам голых верзил, нахально дергающих за плечо, и сожалеющих о браке со мной! Это был сон! Только сон! Ля-ля… Хотелось танцевать от облегчения!

— Нет, ну приснится же такое! Дашке расскажу — обхохочется! А Люда еще и пояснение сварганит, дескать, что хотела, то и приснилось!

Я пригляделась. Над чем это так взволнованно крутится Тучка?!

Мама родная… что там творилось! На рыжем в клеточку линолеумном полу была настоящая помойка! Куски пирожков, шкурка от копченого сала, кусочки от ребрышек и след из крошек… ведущий на кухню.

Я с опаской поднялась с дивана, укутавшись в пододеяльник словно в сари. А вдруг мне это все не приснилось? Вдруг это родственник какой, этой смешной старушки, пожаловал?

Может вор? Хозяин квартиры?! Я готова была принять любую версию, кроме той, что мне приснилась, об оборотнях!

Кухонька была маленькая, не больше двух квадратных метров, под окном стоял белый стол, по бокам которого находились холодильник и газовая плита, оба родом из середины прошлого века.

Деревянные полы покрашены в симпатичный бордовый цвет.

Все простенько, и еще вчера я бы добавила чистенько, но не сейчас!

Сейчас это было нечто! Словно ночью отряд голодных домашних эльфов-портных решил попировать, а я, проснувшись, прервала пиршество! Неужели не сон?!

Я помахала головой, отгоняя бред, заодно раздумывая, с чего начать уборку?!

Посередине стола стояли вскрытые и уже опустошенные банки из-под домашних колбасок.

Бабушка, сама делала колбасу.

Жарила ее на сковороде, а потом готовую укладывала в банки и заливала смальцем. В таком состоянии они могли храниться очень долго, а если вдруг гости, мне достаточно было вилкой выудить их из банки и подогреть. А оставшийся смалец*(топленое сало) шел на жарку, он был очень вкусным — бабушка клала туда чесночок и пряности! Так что, он уходил с жареной картошкой вслед за колбасками.

Сейчас оглядывая застывшие пятна жира на полу и на столе, я поняла откуда они… Эх, не видать мне поджаристой хрустящей картошечки! Там же я обнаружила обглоданные копченные ребрышки, заказанные у бабушки для горохового супа.

И постепенно картина прояснилась. «Кто-то» уволок все мясные запасы на кухню, поел и бросил, а Тучка, все что нашла, «по-хозяйски» перетащила в зал.

С усилием я отмыла от густого жира стеклянную посуду, полученную от бабушки под честное слово вернуть до зимы, так как в ее сарае своей горькой участи дожидались еще два поросенка.