За гранью маски

– Ответьте мне, барон, что за поручение дал вам ваш Бог?

Глаза барона ответили пронзительной серьезностью.

- Раз вы задаете такой вопрос, могу предположить, что у вас есть некоторые догадки.

- Может быть. Но мне не хочется в это верить.

- Моя вторая жизнь, моя свобода, мое ложное бессмертие и способность перемещаться в любое место, которое я воображу, были подарены мне Верге, чтобы я сеял на Земле войны и вражду.

- Нет…, - уступила слезам Элис. – Как вы могли так поступить?! Почему вы согласились?! – яростно накинулась на него девушка.

- У меня не было выбора. Иначе мне бы вечность пришлось умирать от адской боли и воскресать, чтобы умереть вновь. Поверьте, подобной боли на Земле невозможно испытать. Она существует только там.

- И чтобы спасти себя, вы согласились уничтожить мир?! Ведь в ваших войнах гибнут миллионы! А вам жаль лишь себя?!

- Почему я должен страдать за целый мир?

- А почему мир должен сгинуть ради вас?!

- Если бы я мог избежать этого, если бы цена за мир была приемлема, я поступил бы иначе.

- О какой цене может идти речь?! Оглянитесь вокруг! Все это – ваше творенье!

- Элис…

- Достаточно, барон, вам нечем оправдать свой выбор.

- Я бы никогда не увидел вас больше, не услышал бы ваш голос…

- Да, об этом можно сожалеть, но не жертвовать за это миром! Я любила вас…, нет, по-прежнему люблю. Но вы уже не тот человек, которого я полюбила. Вы вообще больше не человек! Вы – невозможный эгоист! И вы еще утверждаете, что не верите в своего Бога? Ха, он – коварный хитрец, но убийца вы, вы сами принесли войну на Землю.

Войну и смерть - вашего закадычного друга. Это слишком болезненно, слишком велико мое разочарование! – не унимала свой пыл Элис.

- Теперь вы будете презирать меня?

- Нет, - притупив свои болезненные чувства, ответила девушка, - я просто уйду. У меня, наконец, появился повод забыть вас, - она медленно пошла в сторону ворот, где ожидал экипаж.

- Элис! – крикнул ей вслед барон Ви Кроль. Обернувшись, девушка увидела, как он сорвал с лица маску и кинулся к ней.

Таким молодого барона Элис видела впервые. Он загорелся гневом, ненавистью и презрением к самому себе, он сжигал себя в пламени горя, страданий, сожаления и раскаяния. Барон обнял девушку, крепко, будто страшась потерять, уткнулся лицом в ее плечо, и она могла ощущать, как учащенно бьется его сердце, вырываясь из плена той тьмы, в которой утонуло, подчинившись воле злого Бога. Он говорил вполголоса, пылко, слезно и трепетно.