Последний из Первых Миров - На Границе Эпох

Говорят, он был человеком с такими странностями, что с ним никто всерьез не дружил, ведь одно его присутствие вгоняло в депрессию. Увидев его, нам только больше захотелось выпить, хотя изначально это хотелось делать лишь Френтосу, а я вообще пил редко, тем более хоть не с утра пораньше. Как говорил один старый друг Френтоса, Микола, когда-то пытавшийся напоить нашу сестру чаем с женским возбудителем, "Я пью не много...А, у вас есть? - выпивает залпом столько, сколько я не выпил бы за день. - Я пью много, только когда есть много.

"

Увы, быстро скрыться из поля зрения кого-либо на нашей "главной" дороге было уже как пару дней невозможно из-за дождей. Дорогу не размыло, а она, просто-напросто, всегда представляла из себя смесь грязи, песка, присыпанного крупами и зерном, махоркой, кое-где рыбой, и злостно досаждавшими родителям своими действиями, барахтающимися в ней детьми. Утопая в этом месиве по щиколодку, противно хлюпая и чавкая легкими замшевыми сапогами, на всякий случай надетыми мной для посещения Ренбира, я с трудом дотягивал ногу до ноги, и так же едва успевал за братьями и Вильцедом.

Совсем скоро грязь вокруг должна была уже осушиться и закоптиться на солнце, но, увы, бледные, бархатные облачка не желали этого так просто допускать, скрывая за собой все еще оранжеый восходящий его диск.

Приятный влажный бриз разносился с моря, и кое-где, по сторонам, кричали люди. Утро давалось нашему городку довольно тяжело, ведь караванами оттуда часто выходили повозки, следуя с грузами, запряженные гнедыми, но почти всегда старыми и дряхлыми лошадьми, в сторону порта.

Суда пришвартовывались ненадолго, дабы не выбиваться из планов. Живший пососедству в кузнице старик, словно леший обросший всюду седыми волосами, плечистый и сухой, отгонял от плавильни, от которой и за версту, казалось, несло жаром, непослушных детей, пока их за шиворот не оттягивали родители. Завидя нас, старик взял кочергу, раскаленную докрасна, и весело помахал нам ей, радуясь, что мы, возможно, еще к нему сегодня заглянем.

-Здраве будьте, ребят! - приветливо, роняя сажу с кочерги, горловым басом кричал нам кузнец. - Давеча, Соккон, мечишко не потрескался?

-Твое во век не потрескается. - улыбался ему я, проходя мимо, зная его манеру манить всех проходящих господ известным всей округе его мастерством, и желанием самолично на них обоих, его и его мастерство, взглянуть.