Предания серебряной птицы (Сны хрустальных китов том 1)

Он почти неделю не мог ни двигаться нормально, ни спать из-за горячки. Плашмя лежал, в бинты с ног до головы закутанный, и только и мог, что глазами своими изумрудными в глазницах ворочать. Да только и мучитель его невольный пострадал не меньше. На спине старшего княжича до сих пор горел красноватый рубец от плети, какой его батюшка целых десять раз угостил. Да только больнее любой раны телесной оказалась рана от точившей Османта совести. А потому, если и подшучивал тот над Эрителем, то никогда грани не переходил и в споры с ним больше не вступал.

Как сейчас вспомнилось среднему Родимовичу то жаркое лето его пятнадцатилетия. Не ходил он в то время ещё в походы, не имел своего воинства. Но ратное дело давалось подростку легко, а первые победы над ровесниками – боярскими да купеческими сынками – ударяли брагой в голову. По сравнению с ним: темным от бесконечных тренировок на свежем воздухе, высоким да широкоплечим не по годам, Эритель казался вовсе недоростком. Два года разницы тоже играли свою роль, но тонкие конечности и словно лишённая хоть каких-то красок кожа делали младшего княжича похожими на паука.

Таких пауков во множестве водилось в подвалах да погребах. Белёсые, почти прозрачные тела их любил давить Османт. Но ещё больше нравилось ему ловить пауков в коробок и потом зажаривать, направив лучи солнца с помощью специальной стекляшки.

- А спорим, ты и получаса на такой жаре не выдержишь?

Пока Эритель отдыхал в тени, его брат обсыхал после очередного купания на её границе.

Они пришли на речку совсем недавно, но старший княжич уже успел дважды окунуться в прохладную воду. Отец позволял мальчишкам баловаться, как всем остальным детям, только если оба успевали справляться со своими высокими обязанностями.

Утром оба сначала корпели в библиотеке под надзором учителя, старательно переписывая выдержки из очередного манускрипта. Потом два часа напролёт следили за тем, как отец разбирает жалобы простого народа, стоя за его троном подобно двум статуям.

Мирдару, правда, приходилось ещё хуже. Как и положено наследнику он сидел подле правителя и в нужное время подсовывал тому то один документ, то другой, кои тщательно до того заготавливал. Иногда по неделе не видели младшие княжичи своего брата – по рукам и ногам связанный бумажной волокитой, сидел он в своих рабочих покоях, будто пленник. Такая перспектива не слишком радовала Османта, и он надеялся, что отец будет править ещё долгие годы.