Конечно, любовь

– Форма одежда – как для цивилизованного праздника на природе, но на вечер что-то вроде шалей нужно взять. Закажи платья в приличной мастерской. Пусть счет пришлют мне.

– Ито… – начала девушка.

– Я помню, что вы появились в этом мире после погони. Тебе даже пришлось заключать с университетом договор. А он непростой. И я не желаю, чтобы из-за меня количество твоих трат увеличивалось, однако хочу, чтобы моя спутница выглядела на празднике роскошно. Значит, я должен за это заплатить. Верно? – и не дав ей ответить, продолжил: – Еще один обычай – на празднике Ли-Анари принято подчеркивать свою связь с матерью.

Наши дамы обычно надевают что-то из украшений своих родительниц. Если такого ничего нет, то…

– Есть, – успела вставить Айлла. – Есть… – ее улыбка стала мечтательной. Она не надевала мамины драгоценности так давно… Вот и повод.

Небо окрашивалось в темный, а на водной глади распускались огненные цветы. И все узоры из каменных тонких полосок вдруг стали желтеть и засветились мягким золотистым сиянием.

– А это дар Арана.

Теперь Айлла видела, что линии сплетаются в пусть стилизованный, но его знак.

– Как необычно, что камень светится…

– В нем прожилки гилгала, от огня они нагреваются и передают свое тепло камню. А тот от этого начинает светиться.

– Гилгал… это тот металл, который так нужен этим оборотням, которые Ихаро схватили?

– Да, гилгалимам. Именно.

– А они не попытаются выковырять его отсюда? Или место хорошо охраняется?

– Оно охраняется богами. Этот храм и праздники в честь богов священны.

И у нас это не просто слова. Поэтому и сестер твоих приглашаю.

– Мы будем, – улыбнулась Айлла. «Девочки будут в восторге. Осталось запихнуть Мици в платье и убедить не менять облик хотя бы один вечер».

Глава 11

Когда Шиасу думал, что Айлла умерла, его сковывало горе. Беспомощность и горе. Сейчас в душе царили беспомощность и сочувствие. Как же он все это ненавидел!!! Что он мог сказать Анкерелле? Чем утешить?

Он отвез девушку к Руфгену, ибо та совершенно не могла оставаться в деревне, хотя уговаривали ее все.

Еще бы – свой лекарь! Но там всё, абсолютно всё кричало о потерях, и смотреть на то, как Релли мучается, Шиасу не мог.

Руфген обещал позаботиться об их подруге. Помощники в новом доме были ой как нужны. Шиасу надеялся, что обилие дел и дети рядом отвлекут девушку, а не усугубят ее состояние. Однако уверенности в этом не испытывал. Поэтому обмозговал ситуацию и придумал, как Руфгену связаться с ним.