Хозяин "Логова"

- Такой же, как у меня? – я шагнула ближе, опустилась на кровать.

- Хуже, – наш вояка поморщился, словно бы ощущал боль от старой раны. - У тебя завеса. Ты помнишь все, но острота воспоминаний приглушена. У Гамми же кто-то вырвал несколько месяцев жизни.

Гамми? Меня не столько сокращение имени удивило, сколько интонация, с которой Тороп его произнес. Мягко с едва заметной ноткой опеки, что прослеживалась не только в голосе, но и в каждом прикосновении к свекрессе. Она стала спокойнее и он ослабил свой захват.

- Может, это время болезни? - озвучила я первую пришедшую мысль. – Эванжелина говорила, что после расставания с Оргесом IV свекресса едва не погибла от лихорадки.

- Не думаю. Скорее всего, блок поставили до так называемой болезни, а лихорадка это уже реакция разума на запрет вспоминать.

- Оргес хотел ее убить?

- Не исключено. – Тороп убрал с лица тарийки налипшие пряди, промокнул влажный лоб полотенцем, с тревогой вглядываясь в заострившиеся черты лица. – Блок может быть и ключом к сознанию, и толчком к самоубийству.

Я подумал об этом, еще во время ее отравления грибами, а теперь просто уверен.

- Из-за побегов?

- Нет. Сбегать она начала, когда уверилась, что мы с нее глаз не спустим. А до этого она несколько раз пыталась себя умертвить. Правда, не так виртуозно, как ты в свое время… - многозначительно хмыкнул вояка, припомнив времена моего отчаяния после визита в захороненную Гьязу. - Однако настойчивости ей не занимать. Уж если травиться, то всем, начиная уксусом, заканчивая мылом.

Выброситься из окна и удавиться тоже пыталась, на ее счастье здесь есть Зои и Бузя.

- Травится и весится? Никакой фантазии. Нет чтоб, подавиться клоком собственных волос. Всегда при себе, надергать можно в любое время и не только с головы, - посетовала я и получила увесистый шлепок пониже спины. Тороп - негодяй, через всю кровать дотянулся, чтобы «высказать» свое мнение. Замахнулся повторно, но я уже отсела и удостоилась лишь тяжелого взгляда.

- Чтобы больше я этого не слышал!

- А что такого? - наигранно изумилась.

– Пусть она и медам от рождения, но вряд ли блюдет безволосую чистоту. Ну-ка скажи, у нее ноги мохнатые?

- Торика ЭлЛорвил ты меня поняла, - произнес бывший вояка, одной лишь интонацией предупреждая – не шути.

- Хорошо. Я поняла. Но хочу напомнить, что я еще и Дори. А это значит…

- Что шлепать ее могу только я, - раздалось от двери.

Вздрогнув от одного лишь звука голоса, я обернулась.