Я у тебя давно в плену III

Поэтому мы сначала купили мне два пояса, правда, без каких либо обозначений, затем местные рубашки с вышивкой понизу и на рукавах. Последним я выбирала аналоги нашего средневекового сюрко, по сути, верхнюю накидку на нижнюю сорочку.

Я молча указывала на понравившиеся мне фасоны, а сопровождавшая меня женщина из гостиницы тут же важно предъявляла продавцу висящую у нее на шее печать на дереве, и он записывал сумму покупки на счет владельца гостиницы.

Как я поняла из обрывков их беседы, в конце месяца хозяин гостиницы приходит сюда лично и расплачивается за покупки своих постояльцев.

Думаю, когда он предъявляет клиентам счет, на одежде и прочих покупках владелец зарабатывает дополнительно.

Мы собрались идти назад, уже вышли с торжища на пешеходную улицу, когда служанка, наконец, соблаговолила обратиться лично ко мне.

— В какую комнату это все доставить?

Я удивленно на нее посмотрела, неужели она не видела, откуда я вышла?

Женщина тут же недовольно добавила:

— В какую именно из комнат? Ваш господин купил сегодня все номера на втором этаже.

Я на миг в шоке зависла… Как мило с твоей стороны Дир! Прямо королевский жест! А мне сказать, религия не позволяет?

У служанки на шее розовело заклинание перевода, значит, она меня прекрасно поймет.

— Не переживайте об этом. Давайте мне узел с вещами, я сама все донесу, — тихо отозвалась я, разозлившись на Дира.

Женщина только кивнула в ответ, вручила мне все покупки и гордо отвернулась, предпочитая и дальше меня игнорировать.

Я устало вздохнула. В приказе торопиться, от Девы Дождя, меня смущало все! Мне не тяжело прогуляться по Эргамону, но я уверена, что эта женщина из гостиницы и сама могла сходить на торжище и принести в номер все купленное нами в нескольких вариантах на выбор. Я бы показала, что мне нравится, а остальное она вернула бы назад торговцам. Здесь все так и делали.

Так по КАКОЙ ПРИЧИНЕ я должна была идти покупать наряды сама?

Эх, Дева, любишь ты загадки…

Мирно шагая назад и думая каждая о своем, мы дошли почти до площади у гостиницы, когда увидели такую сцену: толпа уличных мальчишек окружила упавшего у забора старика в серебристой одежде жреца.

Часть склонившихся над ним хулиганов что-то орала в лицо седому тощему как жердь старику, а некоторые даже иногда нагло ударяли его по голове и телу, что-то настырно требуя.