Долина смотрящих. Книга первая: изнанка.

Я могу посетить Вас в такой ранний час?» Тёплая пряная волна ударила меня в грудь, я ответила «Юждан, конечно! Вы можете приходить ко мне в любое время!» Похоже, моим надеждам всё же суждено сбыться! Я спрыгнула с парапета и побежала в гостиную.

Вампир стоял в самом тёмном углу просторной комнаты. Правда, тёмный угол - очень относительное название: из-за огромных окон, занимающих почти всю стену, гостиная была залита светом в любое время дня, когда солнце не было закрыто облаками. Юждан сильно щурился, и я побежала опускать на окна гардины.

Как только моя работа была закончена, в комнате воцарилась мягкая тень и ему стало комфортнее, он сделал несколько шагов вперёд.

- Вы не страшитесь приглашать в свой дом вампира, да ещё и в любое время? – Он говорил на моём родном языке не так чисто, как Вильгельм, и как-то очень отстраненно, но понимала я его без труда. Его холодные серые глаза смотрели на меня без всякого выражения, и я не могла понять шутит он, или говорит серьёзно.

- Нет, Вас я не боюсь приглашать. А что, должна?

- Ну, Вы, вероятно, наслышаны историй о том, как такие как я напрашиваются в гости, а после пьют кровь спящих хозяев? – Он неожиданно улыбнулся. Очень коротко, одними губами, но я успела заметить. – На самом деле я шучу, Мари. Я приложу все усилия к тому, чтобы Вы не пострадали от моих действий.

Я натянуто улыбнулась и сделала приглашающий присесть жест, но Юждан отрицательно покачал головой:

-Я ненадолго.

Он выглядел как человек, впервые вставший с постели после тяжелой продолжительной болезни: тёмные тени залегли вокруг глаз, щёки запали, кожа, и без того всегда бледная, выглядела почти серой.

Правая рука его пряталась где-то на животе, и пустой рукав роскошного бархатного халата был заткнут за пояс.

-Я пришёл к Вам, лишь только смог встать из гроба, покорнейше прошу прощения за этот нелепый вид. Но я чувствовал себя обязанным как можно скорее поблагодарить Вас за спасение моей жизни.

– Он смотрел мне в глаза очень спокойно, серые льдинки не резали меня, но и не таяли. Голос его был ровен, никаких эмоций - тон, каким обычно читают списки, а не благодарят, это точно. Интересно, что это он вдруг? Тем временем, Юждан продолжал:

-И извиниться. В первую очередь за своё поведение на Совете. Я был не справедлив к Вам: Вы сильный и храбрый воин и очень мужественный. Если хотите, я могу повторить это при всех этим вечером на празднике.