Шёпот вереска

Они прогнали его из собственного же дома. Идти ему было некуда, и он вернулся к озеру, построил там себе шалаш, ловил рыбу, ставил ловушки на зайцев. Весну и лето он прожил спокойно, но наступала осень, ночи становились холоднее, старик замерзал, и понимал, что зиму в лесу он не переживет. Идти по деревням, побираться и просить приютить себя - ему было стыдно. Да, и зачем ему, одинокому, никому не нужному на всем белом свете, держаться за эту жизнь? Ради чего коптить небо? Так и решил он оставаться в лесу до последнего, покуда он сам, своими силами сможет накормить и обогреть себя.

Ранним утром у берега пруда образовалась первая хрупкая корочка льда, а на траве появился красивый морозный узор. Юные феи с Вишневого острова любили посмотреть на эту красоту, ведь ни зимы, ни осени у них в вечно цветущем краю не было. Они восхищались первым кружевным дыханием зимы, гуляя по берегу озера, пока не заметили шалаш из веток и лежавшего там неподвижно, укрытого множеством заячьих шкурок, седого старика.

- Дедушка, жив ли ты? - подошла ближе самая смелая фея.

- Осторожнее, вдруг, это богл[1]! - переживала другая фея.

- Но, мы же не сделали ему ничего плохого.

- А если он рассердится из-за того, что мы его разбудили?

- Это человек! - первая фея слегка коснулась старика, - Он умирает! Как это ужасно.

- Надо позвать Королеву! - воскликнула одна из фей на поляне.

Вскоре, Королева явилась на их зов, она без труда узнала в преждевременно состарившемся старике заколдованного Эррола.

Но спасать его, тем самым рискуя, что однажды раскроется и ее колдовство, она не стала, сказав феям, что уже слишком поздно и старик мертв, она вернулась вместе с девушками на Вишневый остров.

Вскоре, до слуха Тайлинии донеслись вести о мертвом старце на берегу озера. Ее сердце предательски дрогнуло. Не желая верить своим догадкам, она отправилась к озеру. В шалаше из веток неподвижно лежал старик.

- Сколь быстротечна и хрупка человеческая жизнь. Мне жаль тебя.

Покойся с миром. - фея нагнулась и коснулась поцелуем посиневших губ старца, на миг испытав любовь и сострадание к нему.

В тоже мгновение все заклятья с Эррола спали, он обрел свой прежний облик молодого мужчины и свои воспоминания.

- Тайлиния, любимая… - прошептал он, замерев на грани между жизнью и смертью.

Фея вздрогнула, по ее щекам покатились слезы, а в следующий миг, она уже перенесла супруга на Вишневый остров к лечебному источнику.