Мой огненный мужчина

Хм… Кажется, я недавно что-то об этом слышала, но особого значения не придала.

— И?

— И ректором стал порядочный и честный человек! — возмутилась Лисса, и мне захотелось рассмеяться.

Значит, взяток этот мужчина не берет. Наверняка теперь еще и отслеживает, чтобы этого не делали и другие.

— Касс, так что? Возьмешься помочь?

— Нет, Лисса. То, что ты предлагаешь, незаконно. Я не могу выдать себя за тебя и слетать на практику на Тирун-на-тар.

— Касс, я готова заплатить сумму, которая покроет все твои расходы на учебу за последний год.

Надо полагать, потому что на занятиях Лисса почти не появлялась.

— Но они знают меня!

— Вовсе нет. Взяли двух новых энитейцев, они не запомнили никого из нашего курса. Проверили только две лекции и одну практику. Ты ничем не рискуешь.

— И что, интересно, энитейцы забыли на Луандре? — поинтересовалась я, проигнорировав последнее замечание Лиссы.

— Понятия не имею, — отозвалась Лисса. — Да и если бы даже на практику отправляли с нашим курсом не их, а прежних, — тут землянка поморщилась, старательно пытаясь вспомнить имена и фамилии преподавателей, но сделать этого ей не удалось, — то все равно шанс имелся бы.

Это верно. И я, и Лисса учились на химико-биологическом факультете, но если землянка выбрала своей специальностью биологию с направленностью «разведение цветников», то я пошла в космическую алхимию. Тем не менее большая часть дисциплин у нас совпадала.

— И к тому же мы похожи внешне. Обе светловолосые, зеленоглазые!

О да! На этом, собственно, сходство и заканчивалось. Куда мне до хрупкой изящной землянки с самыми обычными, пусть и миловидными, чертами лица.

— Касс, там даже не будут считывать генетическую информацию. И на недельной практике всего-то и нужно — собрать небольшой гербарий и пройти тест на выявление ядовитых веществ в растениях. С твоим-то талантом и уровнем способностей все должно получиться легко.

— Легко? Лисса, опомнись! Ты знаешь, что у нас полагается за мошенничество? Мне это грозит не только общественными работами и огромным штрафом, но еще и отчислением и запретом заниматься космоалхимией на ближайшие три-четыре года. Как думаешь, при таком послужном списке будут желающие взять меня на работу?

О том, на что я буду жить все это время в случае неудачи, даже думать не хотелось.

— Касс, по-моему, ты преувеличиваешь.

— Я преуменьшаю.