Survivors

Ирина выдернула руку из веревок и со всей силы вонзила стекляшку ему в шею. Она нанесла ему в шею еще несколько ударов, от чего мужчина захрипел, а из раны хлестала кровь прямо на лицо девушки. Максим смотрел на это ошарашенными глазами.

Бородач пытался вырваться, но закусанные язык и губа не давали ему это сделать. Затем девушка еще сильнее сдавила зубы, и мужчина начал вырываться из ее хватки.

Карлос вырвался из ее укуса, оставив язык и губу в ее рту. Он встал с места и начал пятиться назад.

Девушка окончательно освободилась от веревок, вскочила с места и выплюнула его язык с губой. Она вытащила нож из его штанов и всадила его ему прямо в глаз.

В амбар залетел охранник. Ирина мгновенно вытащила нож из глаза и метнула его в незадачливого бандита. Нож вонзился ему прямо в открытый рот, от чего тот замертво рухнул в дверях. Ирина втащила бандита в амбар, закрыла дверь и засунула палку в засов.

Карлос свалился на колени держась руками за горло и за рот.

Он не мог кричать, а только лишь хрипел, истекая кровью.

Ирина выдернула нож из горла охранника и с каменным лицом направилась к бородачу медленным шагом. Максим сидел не подвижно и смотрел на эту картину, ужасаясь происходящему. В его сердце царило чувство испуга и страха, а в уме царил хаос из мыслей. Он смотрел на Ирину как на тигрицу, и впервые в жизни он ее боялся.

Ирина подошла к Карлосу, сидящему на коленях. Она встала на против него, и с тем же каменным лицом, начала свой смертный монолог:

– Теперь ты от меня никуда не денешься.

Ты был прав! От судьбы не уйдешь! Ты думал, что она к тебе благосклонна? Дурак! Она благосклонна ко мне!

Мужчина сидел и слушал каждое ее слова, тихо стоная от боли. Ирина начала ходить вокруг него, а Максим сидел неподвижно и смотрел на жену как на палача.

– Помнишь тот день? Тот день, когда мы пытались сбежать? А я помню! Помню каждую секунду. Как ты надсмехался над нами, как издевался.

Ирина остановилась сзади бородача и с тем же каменных лицом и холодным голосом, полного равнодушия, говорила ровно и чисто.

– Я помню твое лицо! А помнишь ли мое? Ммм? Помнишь ли мое отчаяние? Мой ужас? Помнишь! – протянула девушка, встав за спиной.

– Я помню! Помню все! И как я бежала по метро. Как я пыталась выбраться.

Когда Ирина говорила по ее спокойному, залитому кровью Карлоса, лицу потекла слеза.