Власть льда

Мешались перед глазами пляски козлиные и веселье гномов, кривляние русалочье и забавные ужимки чертиков румяных.

Лорейн дышала часто, испытывая дискомфорт от впившихся в спину крючков ее тугого корсета. Она мяла подобие платья так нервно, что даже ткань надорвала и не заметила. А тут еще громадная тень показалась господина мэра. С его свиным рылом и потными руками. Спустился он вниз и сразу к столику направился. Слюняво облизнулся, рассматривая девушку в отблесках свечей плотоядно.

- Да полно уже ждать, пойдем со мной, малышка, - процедил через зубы, хватая Лорейн за грудь промасленной пятерней.

Тут бедняжка и не выдержала. Она сама не поняла, как по лицу мерзавца ударила бокалом и разбила. Осколки врезались в ладонь, часть же - в щеку постояльца. Музыка смолкла. Ветер сильнее начал завывать за окнами, обещая метель. А мэр зарычал и издал злобный вскрик, хватая девушку за волосы и волоча по полу за собой к выходу прямо к лестнице.

Никто не посмел кинуться на помощь, даже Катрин встала и не двигалась, с большими глазами наблюдая за расправой.

Мир потемнел. Прощалась с ним несчастная добыча, пусто хватаясь за сильную руку чудовища. Она даже представить боялась, как он отомстит ей наверху. Но уже прощалась с жизнью и что-то жалобно пищала и плакала.

И тут звонко запел входной колокольчик, по полу потянуло снежной пылью, которая стремилась из холла в основное помещение. Полукруглая деревянная дверь с железной ручкой-кольцом заскрипела и открылась.

А в следующую секунду Лорейн увидела перед собой ноги в черных сапогах и узрела вспышку света, после которой обидчик, как мешок с картошкой, повалился на пол, тогда как ее потянули вверх и помогли встать чужие руки в белоснежных перчатках.

Глава 3

ГЛАВА 3. Похищение

- Я, видимо, очень вовремя решил вернуться, - сказал уже знакомый голос седовласого эльфа, который искоса глянул на всю компанию, а потом на кряхтящего и охающего сластолюбца мэра. – У вас осколки впились, - добавил мягким тоном, стягивая зубами перчатки и наклоняясь так, что капельки тающего снега бриллиантами накапали на волнистые волосы Лорейн, которая стояла на месте и глупо таращилась на проезжего аристократа, который, по сути, просто не может существовать в обыденной реальности.

Там, в сумерках кухни, она недостаточно его рассмотрела, но теперь, под воздействием дарящего послушание зелья, неудобно мялась и смущалась все сильнее.