Власть льда

- Я думала, тебе покоя местный герцог не дает, а ты вон о чем волнуешься… Кстати, почему этот реликтовый эльф так о тебе заботится? Я не решилась спросить, но он к тебе не пристает? – Катрин забралась в свое теплое гнездышко и зевнула очень сладко. – Знаю я всех этих волшебных существ, одно у них на уме…

- Спи уже, - Лорейн не поддержала беседу, потому что, во-первых, не желала рассказывать о странном замужестве, а, во-вторых, притворилась внезапно спящей, хотя ее сильно трясло от пережитого видения.

Почти до утра она не сомкнула глаза, уже даже свеча последняя догорела.

Видения не возвращались, но через больную дремоту кто-то мерещился через туман. И его прикосновения обжигали. Пугали. Его присутствие словно стало более зримым.

Девушка отмахнулась от страха. Тем более, что хотела показать Катрин новый дом и уверить, что теперь та в полной безопасности.

Пышка быстро находила общий язык с эльфами, понравилась она и болтливой троице незамужних вышивальщиц. Кажется, осваиваться бывшая рабыня умела куда лучше подруги…

Она даже успела Лорейн с еще несколькими обитателями познакомить.

Взбаламутила няню Мирам на обучение этикету и завела разговор о танцах, про которые скромно проболталась накануне вечером Лорейн.

Юной баронессе стало веселее в мрачном и холодном замке. Катрин оказалась единственным крючком, верившим в прежний мир, и дружба с ней помогала не бояться узнавать что-то новое о Первом Королевстве.

Да, барон Баттур по большей части игнорировал эльфов, за которых отвечал.

Держался от них в стороне, проявляя ледяную чопорность. Ласка, с которой он обходился с юной супругой, оставалась для Катрин тайной под семью печатями, как и то, что Лорейн сама ищет общения.

Мужчина не приставал, не проявлял никаких поползновений на невинность девушки, напротив, оберегал ее от сальных вглядов и каждый раз показывал при других, как трепетно относится к супруге.

Но объятия, мягкие поцелуи и разговоры с хозяином эльфийской обители укрепляли мнение Катрин, прямо заявлявшей, что дело закончится постелью.

Между уроками этикета и поведения в обществе, которое решилась преподавать сама Мирам, она прожужжала все уши, что девушке грозит опасность от ушастого изращенца.

Лорейн только кивала в ответ. Баттура она знала куда лучше – со шпагой, за интересными разговорами и даже с книгами, которые барон предлагал для чтения. В нем не было ни капли угрозы, только искренняя забота родителя – не больше.