Власть льда

Укрывалась руками, вытирала соленые капли и клялась никогда и не при каких обстоятельствах больше не пытаться говорить о чувствах ни с одним мужчиной, потому что это слишком больно. Еще больнее, чем когда что-то не удается в жизни или когда обижают или говорят дурные слова.

Баттур не говорил. Он задевал. И словно осколок в сердце шевелил, заставляя тот кровоточить. Лорейн с трудом взяла себя в руки, чтобы выйти на свет через четверть часа. Она провела оставшиеся полдня в библиотеке, изображая увлеченное чтение, но то и дело укладывалась на столе поверх рук и без сил размышляла о разнице в тысячу лет.

Несправедливостью казалось то, что время разделяет гораздо сильнее, чем происхождение. Простая девчонка из Москвы, попавшая в сказочный мир, возомнила себя волшебницей и еще попыталась поцеловать эльфа, который несомненно заслуживает другой супруги.

- Какая же я дура! - Лорейн злилась на себя и говорила вслух.

Может, кто-то из ее сверстниц и влюблялся в преподавателя. Случались такие романы в университете.

Кажется, любая девушка мечтает о пылкой любви, о взаимопонимании и, конечно, о верном сердце. Только вряд ли бы влюбилась в Кощея Бессмертного, у которого позади сотни историй и почивших жен.

Лорейн передернуло от этой мысли. Она тешила себя надеждой, что только эта деталь должна отвращать и отталкивать, но все же не смогла отрицать, что обиделась глубоко, осознав, какая пропасть разделяет ее и барона.

Совершенно бледная девушка приняла приглашение на ужин. Прибежавший паж эльфенок преподнес баронессе цветок и записку, в которой Баттур предлагал пожаловать на семейную трапезу. Он и раньше звал Лорейн отведать необычных угощений, которых та никогда раньше не пробовала, например, голубого окуня с пыльцой медовых цветов доры, цветущих исключительно на холмах в солнечном местечке с забавным названием Краюшка.

Словно краюшка хлеба… или выпить розового вина из лепестков роз и малинового дерева, чьи ягоды походили на гнезда диких пчел.

- Скажите, что я спущусь к нему через полчаса, - девушка собралась для очередной пытки. Видеть Ромуса после их поцелуя казалось кощунством, но все же этикет требовал явиться к нему не замухрышкой в мятом костюме для тренировок.

Возможно, это очередная церемония с объявлением назначения ученичества магии? Или барон захочет вообще с ней развестись, чтобы не мучиться.