Бойся желаний своих.

Некоторое время Умбриэль охотно объяснял полезность соевых продуктов и безглютенового хлеба, заинтересовавшемуся вопросом веганства Деймосу. Пока не понял, что над ним изощрённо издеваются и обиженно замолчал, с укором провожая каждый кусочек, съедаемого беспринципными чревоугодниками, мяса и сыра. Но у чёрствых сотрапезников совесть так и не проснулась.

С тоской взглянув в последний раз на осквернённые мясом тарелки эльф вздохнул, подумав о погрязшем в мерзости мире и поблагодарил за ужин хозяйку.

***

-Соблазнитель, говоришь... Неотразимый. Ой, я не могу. Подержите мой арбуз - Япид заливался хохотом, держась за живот.

- Да, что бы ты понимал, жулик несчастный!- обиженно воскликнула Лиандра.

-Ой, а похороны бутербродов! Как вспомню: так вздрогну - заливался смехом Лаарг.

-Да, это самое оно, чтоб понравится девушке - насмешливо вторила Аишана.

- Можно подумать твой сильно обрадовал девушку, когда крышу снёс! - огрызнулась Лиандра.

-Что ж это за мужик такой с розовыми патлами и в серёжках как баба.

..- насмехался Аграмор.

- Не розовыми, а цвета первого луча солнца на лепестках лотоса! А пирсинг сейчас на пике моды!- процедила презрительно Богиня Любви.

-А ещё над моим адептом потешались - мстительно усмехнулся Хей.

- А можно забрать свою ставку?- прошептал на ухо Япиду Кальварио.

- Ставки обратной силы не имеют!- важно ответил тот.

-Ну ты! Да я тебе!- задохнулся от возмущения Бог Искусств.

-Умей проигрывать с достоинством.-снисходительно произнёс Бог Торговли.

- А я тебе говорила: не связывайся с этим жуликом.- наставительно сказала Аишана.

-Не жулик, а честный предприниматель!- с достоинством провозгласил Япид.

-Это ты то честный?- возмутились а голос Кальварио и Аишана.

- А ну прекратили ор! Там такооое творится!- воскликнула Хильда. Заинтересованные боги рванули к смотровым окнам.

Глава 10

Хрен с ним, с дождём.

Главное я на море.

С просторов интернета.

Оглушительные раскаты грома бешеной канонадой обрушивались на тишину утра.

Стёкла окон охотничьего домика брызнули алмазной крошкой. В чернильной темноте, висящих над самыми верхушками деревьев, грозовых туч яростными змеями метались вспышки молний, на мгновения озаряя фигуры застывшие фигуры обалдевших от разгула стихий обитателей.

Не успели последние прийти в себя, как, хаотично мечущиеся, молнии скрутились в огненную воронку, из которой вынырнула высокая фигура в балахоне.