По долгу сердца

Он не понимал, что испытывает сейчас. Единственное, что кружилось в его голове – желание увидеть жену. Он должен поделиться своим счастьем с близким человеком.

И вот на улицах Тильды висят новые объявления. Приглашение всех жителей Тильды на новое событие. Сегодня ровно в семь вечера состоится суд над преступником и мелко подписано: «возможна казнь».

Тревор встретил Марту за час до события. Кража из Дома Советов облетела весь городок и многие охотно отложили работу на потом лишь бы лично лицезреть великое событие.

- Дорогая! Как ты добралась?

Тревору было сложно сдержать радость.

Марта округлила глаза, на секунду застыв в полушаге.

- Разве этот день отличается от других?

Тревор раздосадовано спрятал руки в карманы, но, когда Марта оказалась возле него, крепко обнял жену, будто отдал ей всю радость своего поступка. Оба отправились на площадь.

- Я должен кое – что рассказать тебе. – Тревор пытался сделать свой рассказ ровным, без лишних потрясений. – Сегодня я был в Доме Советов.

- Что ты там делал?

Марта заглянула в лицо Тревора.

- Я вспомнил, … – это слово ему не понравилось, – я раскрыл одну кражу, когда вёл беседу с новосёлами.

Марта взвизгнула.

- Ты говоришь о той самой краже?!

Тревор скромно кивнул головой, не стесняясь широкой улыбки. Весь город гудел об этом преступлении. А Марта всю дорогу восхваляла любимого мужа, настоящего героя и нового детектива Тильды. Тревору было весело. Он смеялся и даже провальсировал определённое расстояние вместе с Мартой.

Оказавшись на площади, пара пробилась в первые ряды зевак и принялась ждать исхода. Когда часы на площади пробили семь часов. Марта сделал шаг назад, чтобы прижаться спиной к мужу. Тревор обнял жену за плечи, показывая свою поддержку. Вдалеке люди увидели раскрывающиеся двери Дома Советов. Две белые фигуры плавно плыли по заснеженной земле. Вслед за ними двое крупных мужчин со спрятанными головами волочили вора. Путь до деревянной сцены был небыстрым и зевакам пришлось ждать, пока судьи окажутся на сцене.

Тревор и Марта молчали. Им было нечего обсуждать. Они просто наслаждались теплом друг друга. Неожиданно толпа заголосила: «девушка, девушка!» Тревор пригляделся вдаль и увидел в волочённом теле женские черты. Палачи волокли не вора, а воровку. Тревор вспомнил, что, будучи в доме, не обнаружил следов семьи, а при разговоре хозяйка дома избегала вопросов о семье.