Потерянная

Король должен класть арбалет под подушку, каждый раз, как спать ложится.

За спиной радостно вскрикнули:

- О, неужели это милорд Лисгард, сын достопочтенного Тенадруина!

Я резко обернулась. Сквозь толпу стремительно приближается белокожая в жутко тесном платье. Грудь из декольте чуть ли не выскакивает, золотистые волосы уложены кольцами и аккуратно ниспадают на оголенные плечи. Сразу видно – местная знаменитость.

Лицо такое же безупречное, как у остальных солнечных - пухлые губы растянуты в улыбке, маленький носик дерзко вздернут.

Она простучала каблуками по мраморному полу. Оказавшись между мной и Лисгардом, повернулась спиной.

- О, милорд, я так давно не видела вас на собраниях? – противно затрещала пигалица. - Говорят, вы были в рейде? Наверное, очень опасно покидать пределы Светлого леса. О, милорд, вы такой смелый! Я бы так в жизни не смогла.

От её щебета в голове зазвенело, я выглянула из-за плеча, и вытаращила глаза – мол, сделай что-нибудь, мне не нравится смотреть на зад собеседника.

Лисгард растерянно раздул щеки и отшагнул к колонне.

- Эм… Миледи Генэль, - проговорил он запинаясь. - Как поживаете? Да-да, я был в рейде. Гм, позвольте представить вам мою гостью, миледи Каонэль.

Белоухая нехотя обернулась, оценивающий взгляд быстро скользнул по мне. Тонкие брови солнечной искривились в попытке изобразить мышление, губы надулись.

- О, очень необычно, - бросила она небрежно и откинула блестящий локон с плеча.

Не успела я возразить, как Генэль обернулась к Лисгарду и продолжила, будто меня нет:

- Милорд, вы всегда славились отменным вкусом. Вы здоровы? Наверняка есть очень веская причина, для такого выбора.

Плечи пигалицы распрямились, уши вытянулись назад. Она сделала несколько жеманных движений руками, то ли поправила невидимые складки на платье, то ли пыль стряхнула. Лисгард отвлекся на ее декольте, я негромко покашляла, но осталась незамеченной.

- Послушай, леди, - начала я.

Белоухая тряхнула копной и решительно отшагнула. Острый каблук впился мне в носок. Мир посиреневел, затылок обдало кипятком.

Миледи Генэль стоит, как ни в чем не бывало и что-то бурно рассказывает Лисгарду. Только каблук все сильнее продавливает носок. Услышала, нет, скорее, почувствовала треск – прорвалась ткань на туфлях, острие вошло в беззащитную кожу и медленно погружается между костями. Под ногой хлюпнуло, боль ритмично запульсировала.