Диссоциация

– Машрум, я не смею и сомневаться в том, что Вы потратили на этот проект все время, что Вы отсутствовали.

– Совершенно точно! – с яркой ноткой гордости произнес Пауэлл.

На мелком экране аппарата стала заполняться кислотно-розовая полоска, за чем следовал процесс, при котором комнату окутали сотни лучей разнообразных цветов и оттенков. Посреди кабинета появился полупрозрачный накрытый стол, бородатые мужчины в выглаженных смокингах, их дамы, но в самом центре всего образовавшегося стояли молодожены, держащие в руках необычный цветок с двумя стеблями.

– Я немного изменил условия проявки. Цвета стали менее насыщенными, но более мягкий тон с совершенными формами объектов выглядят гораздо лучше, чем несуразное контрастное месиво.

– Сразу чувствуется рука профессионала, – сдерживая восхищение, высказался Купер, – Думаю, еще никто в Бастионе 1 не встречал более, – на секунду задумался мужчина, подбирая слово, – более кинематографичной композиции.

– Думаю, Мистер Эльброн будет в восторге от такого свадебного фото, его и через поколения не стыдно будет показать.

– А я думаю, что ты будешь рад получить премию в следующем месяце.

– В следующем месяце?

– Да, а что?

– Да так, ничего, подожду пару недель, все равно денег не тратил в последнее время.

– Сегодня последний день месяца, Пауэлл. Думаю, теперь я абсолютно верю в то, что и кадры без опыта могут через время стать ценнейшими сотрудниками, – благородно произнес Купер.

Зеленый с ног до головы парень, казалось, сейчас покраснеет от счастья, но, стараясь сдерживать себя в руках, крепко пожал руку своему начальнику и, еле подавляя в себе бурю эмоций, направился в арендуемую им квартиру, где его ждал отдых и чайная терапия, отсутствие которой могло бы привести к нервному срыву.

Глава 2

– Ты вчера отлично себя показал.

– Да я ж ничего особенного и не сделал.

– Купер был очень доволен тобой.

– Он всегда сохраняет сдержанность, не пренебрегает эффектом Пигмалиона в отношении кадров, сложно точно определить, был ли он действительно рад.

– Для него этого более чем достаточно.

Сквозь узкую щель между пыльными темно-фиолетовыми занавесками тянулась четкая стена утреннего света. Со временем она медленно перемещалась по комнате, освещая каждый сантиметр помещения, и в итоге дошла до глаз Пауэлла Машрума, прокручивающего диалог в своей голове.