Диссоциация

В центре города были ремонтные работы, люди постепенно избавлялись от последних остатков тяжелого прошлого. «Левиафан» ныне считают чуть ли не легендой реальной человеческой истории, а жаль, воистину монументальное достижение людей, настолько сильно изменившее их же жизнь, ныне приравнивают к небольшому изобретению, чье величие сводят на восприятие сквозь года.

Глава 3

Пошла вторая неделя. Проснувшись как-то с адской болью по всему убитому в каждой клетке телу, я не осознавал того, как все еще могу существовать.

Я не мог увидеть себя в зеркале, там стоял совершенно другой человек, казавшийся абсолютно неестественным. Возможно, это не реальность. На самом деле я мертв. Это наказание. Наказание за все совершенное мной при жизни.

Эннард Энвайдер сидел перед психиатром с холодным взглядом, который казался способным проникнуть в глубины души. Врач молча писал что-то в блокнот, будто записывая тайны этого загадочного пациента. Эннард был полностью поглощен своими мыслями, словно его ум находился в другом измерении.

И в этом состоянии он начал понимать, что, возможно, он уже и не Эннард Энвайдер, и что его пробуждение было не случайным. Но что за мистические силы таились в этом процессе, и что ждало его в будущем, оставалось загадкой, которую только время могло разгадать.

– Я не могу собрать точную картину произошедшего, мне больно, эти мысли разгрызают меня…

– Мне не нужна целостность, мне интересно ваше восприятие. Что Вы помните?

– Я помню совершенно другой мир. Было очень жарко, я жил в казарме, в пустошах, в банде «Шмелей».

Поначалу обстановка была страшной, такой жуткой войны никто не ожидал, хотя многие о ней фантазировали.

– Каким было Ваше последнее воспоминание о том мире?

– Мне трудно об этом говорить. Я помню своего друга, кажется, его звали Виктор, он мне сообщил, что в паре десятков километров от нашего лагеря, в ущелье, была загадочная пещера.

– В чем заключалась загадочность той пещеры? – поинтересовался доктор.

– Виктор сказал, что там есть совершенно новая форма жизни, то ли мох, то ли лишайник.

Он сказал, что сделает из нее такой косяк, какого еще никто и никогда не курил. В то время я был солдатом, мне приходилось убивать многих предателей собственными руками, кровавая бойня меня вымотала.

Психотерапевт вновь достал блокнот и что-то записал на новой странице.

– Я туда отправился. Виктор был моим большим должником, но в этот раз азарт меня пересилил. В ущелье был невыносимый запах.