Редкий Цветочек

Если идти, то до конца верно? Пишу на бумаге «Улыбайся чаще, твоя улыбка прекрасна» и так же оставляю записку рядом с цветком. Отлично. Теперь пойду перекушу в потайной комнате и обратно в горшок, предаваться мечтам. Перекусив в потайной комнате, с блаженством рухнул в кресло и вытянул ноги.

— Ещё бы в горячую ванную сходить, часика так на два, — я мечтательно прикрыл глаза, но, к сожалению, это пока слишком рискованно…

Кажется, я задремал. Надеюсь, меня там не ищут? Я потянулся и только хотел встать, как раздался щелчок механизма и дверь в потайную комнату открылась.

— Давненько нас тут не было, — раздался громкий голос Домитиана.

— Точно-точно, в последний раз это было, когда мы прятались от разъярённого Феда, — в комнату зашла Лиззи.

И что они тут забыли?! А я, дурак, даже и не подумал о том, что это возможно.

— Да-а, злить Феда — смерти подобно, — Доми прошёл мимо меня, чтобы взять какой-то свиток.

Хоть бы не заметили! Пожалуйста, пусть они меня не заметят!

— Ага… И чего тебе не спится с утра пораньше? Хорошо хоть постучаться додумался.

— Да снится что-то всякое… Кстати, — Доми тут же перевёл тему — Ты чего такая мечтательная сегодня? Улыбаешься так загадочно и цветок к груди прижимаешь?

— Да ну тебя, что мне улыбаться теперь нельзя?

Значит наш с Лао подарок ей понравился? Что же, нужно будет повторить.

— Конечно можно, но я же могу узнать причину такого замечательного настроения? — Домитиан поворачивается ко мне. — А ты что тут делаешь?! — испуганно отскакивает.

— Что там? — принцесса заинтересованно подходит к брату. — А-а, это ты, очень странный парень. А я-то всё думала, куда ты спрятался?

И вовсе я не странный! И…я не прятался…

— Ага, конечно! — хмыкает принц и тут же маньячно улыбается. — Сейчас ты за все ответишь, воришка.

— А может, не надо? Я же вернул одежду…

— Если бы не вернул, то я б тебя казнил, — складывает руки на груди Доми. — А так посидишь пару дней в темнице, подумаешь над своим поведением.

— Нет! — выходит как-то истерично, но мне плевать.

— Ты думаешь, это меня как-то волнует? — он насмешливо приподнимает бровь.

— Вит, поверь, это ещё не самое страшное наказание, которое мог придумать мой брат, — голос Лиззи ласкает мою душу. Как жаль, что слова, которые она говорит, совсем не ласковые. — Посидишь, поговоришь с крысами, а потом мы тебя выпустим, и ты ответишь нам на пару вопросов, а дальше видно будет, может, и домой отпустим.