Легенды древних. Сердце одиночки

Две стихии послушно откликаются, готовые соединиться, чтобы создать нечто новое. Стук стали о сталь наполняет воздух мелодичным звоном, а в месте слияния появляется небольшой ледяной клубок, ощетинивающийся иголками, словно потревоженный дикобраз. Клинки описывают широкую дугу, разбрасывая шипы в разные стороны. И вот уже на земле прорастают разнообразные фигуры, а Власта начинает медленно двигаться среди них, искусно уходя с линии атаки ею же созданных препятствий. Борьба создательницы против своих созданий.

Удивительное и завораживающее зрелище.

Магические всплески озаряли пространство, сияя ещё ярче при дневном свете. А вскоре стали настолько интенсивными, что магам пришлось вернуть себе обычное зрение, чтобы не ослепнуть. Фигура ледяной магини практически скрылась за разросшимися статуями, и только по звуку и потокам магии можно было понять, где она находится.

— Как жаль, что ничего не видно, — опечалилась неожиданно увлёкшаяся необычным зрелищем леста Эрьяна.

— Думаю, вскоре всё изменится, — ответил ей Марк и оказался абсолютно прав.

Гудение ветра, внезапно донёсшееся до их слуха, предупредило о смене тактики. Над ледяными наростами появилось небольшое завихрение, некоторое время набиравшее обороты, чтобы неожиданно исчезнуть, разбивая лёд на мелкие осколки, разносимые во все стороны. И только благодаря установленному заранее щиту они не долетели до зрителей.

— Сильна! — одобрительно воскликнул один из некромантов.

— Я бы с удовольствием с ней потренировался.

— Хм… Даже любопытно стало, как наша туманная магия противостояла бы ледяной, — сказал его товарищ, не отрывая взгляда от опадающих на землю ледяных хлопьев.

— Ой, смотрите, вот она! — воскликнула лестра Эрьяна, указывая на появившуюся женскую фигуру.

Тем временем, вложив мечи в ножны, Власта спокойно отряхивалась, скидывая с себя ледяные крупицы. Она осталась не просто довольна тренировкой, а пребывала в лёгкой эйфории.

Магиня даже сама не подозревала, насколько успела соскучиться по своим мечам за эти пять лет. И теперь была уверена, что совершила неимоверную глупость, отказываясь от удовольствия тренироваться с ними. Умерших было не вернуть, а хоронить себя заживо глупо и недальновидно.

И как ни странно, всё это ей помог понять Марк. Именно из-за наблюдений за ним она начала меняться, просыпаясь от глубокого сна, в котором пребывала.