Кетаб первый. В Дафиаркам.

Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, жара спала. Девушка шла впереди, капитан отставал от неё на пару шагов. Птицы ещё подавали свои голоса, но с каждой минутой тишина становилась всё гуще и протяжнее. Гладь Энтури золотилась яркими бликами, далёкий антар пронзали оранжевые копья последних солнечных лучей. Рай полагал, что Виоланта подойдёт, как обычно, к перилам высокой террасы, но она направилась в тёмную часть сада, под сень фруктовых деревьев. Скамеек здесь не было, сумерки быстро сгущались. Внезапно она обернулась, сделала шаг навстречу и порывисто обняла его.

Мужчина растерянно замер.

– Ваше высочество… всё в порядке? – тихо спросил он.

Сердце застучало в сумасшедшем ритме. Этот стук заполнил всё пространство вокруг, вытесняя одиноких птиц, шелест листвы и далёкий голос города.

– Рай, почему ты меня избегаешь? – так же тихо спросила она.

– Ваше высочество…

Виоланта подняла глаза, пристально посмотрела на него. На виски девушки медленно опустился венец из боли, в бешеный стук сердца сама собой вплелась тихая мелодия.

Принцесса, превозмогая себя, открылась навстречу приступу. Она уже знала: сейчас её чувства обострятся и она поймёт, что на самом деле чувствует Рай.

– Рай, скажи мне, я должна знать. Ты любишь меня?

– Ваше высочество… я готов в любой момент отдать за вас жизнь.

Девушка опустила ресницы.

– Да, я знаю, ты присягал дому дер Вэйлов в верности. Но это не одно и то же. Я должна знать… Ты верен присяге – или мне?

– Ваше высочество…

– Скажи мне, Рай, пожалуйста.

Ты любишь меня? – Ресницы вновь вспорхнули, изумрудный взгляд, пьяняще-бездонный, тянул в глубину. Нырни – утонешь без надежды на спасение.

Рай нырнул.

Он опустился на одно колено, припал губами к её руке.

– В вас – смысл моей жизни, – тихо произнёс он.

Мир окончательно разломился и подёрнулся дымкой. Огонь внутри ярко вспыхнул, мелодия, вплетённая в пульс, стала громче. Нотки страсти заполнили голову, шею, грудь, спустились к животу и бёдрам. Принцесса медленно высвободила ладонь, тоже опустилась на колени.

Её руки скользнули по широкой груди гвардейца, мягко, но властно привлекли к себе. Напряжение, висящее в воздухе, усилилось до предела. Рай осторожно заключил её в объятья, прикоснулся губами к мягким волосам.

Боль в висках пульсировала, мелодия вторила пульсу. Волна жаркого возбуждения обдала с головы до ног, Виоланта крепко прижала лицо к груди Рая, чтобы не вскрикнуть. За первой волной пришла вторая, ещё мощнее и сокрушительнее.