Императорская свадьба, или Невеста против

— Полагаю, он забыл о нашей встрече, — задумчиво произнес Вильгельм. — Что ж, в таком случае, думаю, он не станет возражать, если я присоединюсь к вашей трапезе.

Он мягко взял ее под локоток и хотел было увести обратно наверх, но Сайлейн прервала его движение:

— Простите, но мне еще нужно привести себя в порядок. — Она развела руками, показывая, в каком не совсем достойном виде пребывает ее одеяние, запылившееся на стройке.

— Я подожду вас в вашей гостиной, и мы вместе поднимемся, — решил Вильгельм, меняя направление.

— Хорошо. — Сайлейн только и оставалось, что согласиться.

Впрочем, в остальном поведение мужчины было безукоризненным. Он терпеливо дожидался в гостиной и ни разу за все время, пока девушка хаотично умывалась, переодевалась, причесывалась, не выразил своего неодобрения по поводу задержки, а когда Сайлейн вышла, поклонился и вручил ей маленький букетик, непонятно как оказавшийся в его руках.

— Спасибо, — тепло поблагодарила девушка, разглядывая небольшой букет из полевых цветов, ее любимых.

Где же он их взял весной, если они расцветают только ранним летом в Тааль-Ене. Улыбнувшись, Сайлейн с признательностью взглянула на мужчину. Он улыбнулся в ответ.

— Мне нравится, когда вы так улыбаетесь, — мягко сказал он.

— Мне тоже, — сказала Сайлейн и оскалилась, показывая свою самую профессиональную улыбку. Она решила не уточнять, что такой оскалившейся она и себе нравится гораздо больше, да и уважать сразу начинают.

Впрочем, выдержки императору было не занимать. Он спокойно вынес ее оскал, приправленный увеличившимися клыками.

— И эта улыбка также весьма интересна. Все оборотни так выражают благодарность?

— Нет, — стушевалась девушка. В своем стремлении отстоять независимость она показала себя не лучшим образом. И ей стало стыдно. — Простите.

— Ничего. Я понимаю, что навязываю вам свое внимание, — с наигранной грустью сообщил император, только его прищуренный взгляд никак не соответствовал словам. Сайлейн, не любившая подобного лукавства, когда тебя заставляют разубеждать собеседника в сказанном, предпочла промолчать, чтобы потом ни у кого не вызывать негодования.

Пусть Растан и не мог наказать ее, подводить Корвуса она не хотела.

Молча они подошли к покоям принцессы. Его величество постучал и, дождавшись ответа, вошел первым. Сайлейн прошмыгнула следом. Как ни странно, в гостиной было накрыто на четыре персоны. Растан-Реяр прохаживался у окна, а Астония, присев на краешек кресла, изящно пила какой-то травяной отвар.