Поцелуй феи. Книга1. Часть4

– Камин бы надо развести, – заметил Шэух.

– Да вроде тепло, – выразил острожное недоумение Рун. – Тут за дрова платить нужно. Зачем тратиться, если тепло?

– Так пасмурно, считай что тьма. Светлее будет. И посушиться получше не помешает. Вот же дрова лежат.

– Я за них не платил, – сообщил Рун аккуратно.

– Зачем за них платить, они уже оплачены, – посмотрел на него Шэух непонимающе.

– Я просто впервые на постоялом дворе, не знаю, как тут и что, какие порядки. Сказали, что надо платить за дрова, – объяснил Рун.

– Понятно, – проронил Шэух.

– Эти дрова уже оплатил тот, кто до тебя тут был. Дрова же не по одному покупают, и с собой не забирают, что останется. Эти можешь жечь. Кончатся, новые покупать нужно. Но сколько они там стоят? Пол медяка? Разжигай, Нур. Есть чем разжечь?

– Да.

Шэух взял стул, сел рядом с камином, стал наблюдать, как Рун возится с огнивом.

– Ну вот, другое дело, – проговорил он удовлетворённо, когда поленья занялись пламенем. – Сразу как-то поуютнее. Да и огонь вообще приятен, притягателен.

Словно магия какая-то в нём. Не находишь?

– Ага, – согласился Рун, и перевёл взгляд на Лалу. – Милая, а как сесть-то, чтобы обниматься? На стульях… у нас сие не выйдет, а лавка слишком далеко от него, он этого не поймёт.

– Ладно уж, котик, держи меня пока за ручку просто. Буду мечтать, как останемся одни, – добродушно отозвалась Лала. – Мечтать тоже приятно, коли мечта исполнимая. Ждёшь, ждёшь, и потом…

Она разулыбалась, Рун тоже. Он принёс два стула, поставил рядышком вплотную, подождал, пока она сядет, затем уселся сам, взял её пальчики в свои.

Лала тут же привалилась к нему плечиком. Вздохнула с умиротворённым сожалением, вроде и счастлива, и хочется большего.

– Ты прямо рыцарь стал у меня. Такой галантный, – порадовалась она.

– А что я сделал-то? Столь галантного, – полюбопытствовал Рун весёло.

– Ну как что? Галантный кавалер всегда после дамы садится.

– Правда? Вот не знал.

– А почему же тогда подождал, пока я сяду?

– Ну… – он призадумался ненадолго. – Как будто так сподручнее было.

И чтоб на тебя полюбоваться заодно. Ты так садишься… Всё услада для глаз. Как крылышки складываешь, как волосы подбираешь, как юбку поправляешь, как ножки держишь. Целое зрелище. Дивное.

– Ой, спасибо, мой хороший, – засияла Лала ярче солнышка.

Она снова вздохнула, теперь уже без всякого сожаления, просто счастливо. Наступила тишина. Гость молчал, взирая на огонь. За окном где-то вдали послышалось едва различимо ржание лошади, затем лай.