Поцелуй феи. Книга1. Часть4

В далёких странах не бывать крестьянам иначе, чем туда переносясь в воображении, словам чужим внимая. Послушать тех, кто сам был в чужеземье, а не передаёт со слов других, то безусловно дорогого стоит. Лала, плохо знакомая с миром людей, тоже стала само внимание, обратив на Шэуха исполненный пытливой любознательностью взор.

– Ну, это не совсем не короли. Лишь в том, что он правитель, это верно, – сообщил Шэух. – Знаешь в чём главное отличие короля от падишаха? У короля одна жена. Королева. А у падишаха их тысячи.

И ни одна не королева.

– Тысячи?! – недоверчиво переспросил Рун.

– О-го-го! – впечатлилась Лала. – Это ж сколько надо свадеб сыграть.

– Такое излишество не имеет никакого рационального объяснения, – заметил Шэух. – Даже если проводить лишь по одной ночи с каждой женой, до всех не доберёшься и за годы. Они уж и состарятся, пока до них очередь дойдёт. Но… видимо, у них так положено правителю.

– А куда же падишах детей девает? – осведомился Рун с глубоким недоумением.

– Вот это тоже вопрос весьма прелюбопытный.

Которым мы не задавались почему-то с моим учителем. Лемтарад, это страна, чрезвычайно отличающаяся от нашей. Там ходят в халатах и тапках, на головах носят чалмы – словно гнездо из тряпья. Сидят на коврах с подушками, и никаких столов и стульев, и диванов. Мечи у ратников загнутые в дугу. Дома как будто слеплены из глины. Заборов нет, есть стены. Дом даже бедняка любого стеною обнесён высотой в два человеческих роста. Еда причудлива и специй жгучих полна.

Рун попытался себя представить ратника с мечом дугой, в тапочках и с гнездом на голове.

Картина получалась странная.

– А дамы обряжаются сплошь в балахоны, как будто простыни, укутываясь в них от макушки до самых пят, запястья видно лишь и прорезь есть для глаз.

– Вот так платье! – ошеломлённо проговорила Лала.

– Но что более всего потрясает в их культуре. Так это отношение к дамам, – заявил Шэух. – У нас в чести рыцарство, дам почитают, защищают, им служат, воспевая слабость их как что-то ангельское.

Превозносят. А там считают женщин… даже и не знаю. Сродни животным. За товар бездушный. За что-то низшее, что не имеет права назваться человеком.

Лала так и открыла ротик, в немом изумлении. Рун тоже был весьма озадачен.

– И вот что забавно, – продолжил своё повествование Шэух. – При всём этом все они, включая их дам, гордятся подобными устоями своего общества, считая оные прогрессивными, а всех нас, небопоклонников, с нашим рыцарством непросвещёнными дикарями.