Терраформер: "Мицелий"

Прорезь на «груше» приоткрылась шире.

— Это не так сложно, — ободрил её Илай. — Не бойся.

— Да пошёл ты.

Ещё он будет тут её утешать и успокаивать. Таня щедро плеснула антисептик Илаю на спину и сделала надрез, но только царапнула, даже крови выступило всего пара капель.

— Не бойся, — повторил Илай.

Таня засопела и принялась за работу. Руки в перчатках взмокли, лоб тоже, но она отрезала полосу кожи, прихватывая мякоть. От движений мышцы непроизвольно сокращались, Таня кивнула Лямбде, и тот зафиксировал Илая щупами.

«Больно?» — чуть не спросила она, когда тот дёрнулся, словно один из тех пойманных преступников, закованных в энергонаручники. Некоторые пытались сбежать или атаковать, наручники «чуяли» всплеск адреналина и били током.

Дурацкий вопрос. Конечно, больно.

«Груша» принимала срезанные полосы. Илай опустил голову, Таня видела только затылок и старалась не представлять выражение лица. Его спина уже напоминала сплошную открытую рану.

— Ну, все?

Лямбда мигнул диодами:

— Суммарной массы органических образцов достаточно для проведения экспериментальной терраформации.

Таня выдохнула с облегчением.

— Всё, сейчас заштопаю… в смысле, заклею. Может, пара шрамов останется, у них тут дерьмовая аптечка. Ничего, выберемся — подшлифуем. В салоне красоты, ага.

Таня поняла, что Илай не отвечает, вообще никак не реагирует. Тот сидел, свесив голову, она схватила липкими от крови пальцами подбородок. Глаза закатились, рот был полуоткрыт. Отрубился — и довольно давно, судя по всему.

Таня злобно уставилась на Лямбду:

— Ты чего не предупредил?

— Общий статус: в норме. Реанимационные меры: не требуются. Прогнозируемая продолжительность синкопальногосостояния: около десяти минут.

Таня вздохнула.

— Ну, как раз успею закончить.

Спустя ещё полчаса заклеенный пластырем и забинтованный Илай, морщась, жевал тушенку с сублимированной лапшой из нехитрых запасов «Черепахи» вместе с остальными. Таня запретила ему пока надевать свитер — «сдерёшь все регенеранты», в тонкой рубашке он ёжился от прохлады.

Все молчали, и пауза была настолько неловкой, что Таня едва сдерживалась от: «Ну и чего как на похоронах сидим». Она агрессивно тыкала пластиковой вилкой в подогретые консервы, сделала большой глоток варева, которое если и можно было принять за кофе, то только по большой ошибке.

— Когда будет готово? — Амаури высунулся из своего угла. Тушёнку он поглощал с явным подозрением, а вот лапша была универсальна, даже Светлячок её проглатывал.