Сказка о принце. Книга вторая

Вы обязательно будете счастливы, поверьте, найдется человек, который по достоинству оценит вас.

Луиза не ответила. Она скорчилась в кресле, из-под пальцев капали слезы.

- Оставьте меня, - повторила она.

Апельсиновый кот спрыгнул со стола, бесшумно подошел к хозяйке. Покрутился рядом, прыгнул ей на колени. Но капли, катящиеся на светлый шелк платья, пришлись не по вкусу коту – мокро, и он соскочил на пол и потрусил к выходу. Из коридора послышался звук торопливых шагов и стук захлопнувшейся парадной двери.

Четвертого мая пришло письмо от лорда Лестина: поздравление с днем рождения и сообщение о том, что началась война. Объединенное войско Элалии и Версаны перешло леранскую границу.

Через два дня Патрик уехал из имения Августа Анри ван Эйрека.

* * *

Если бы когда-нибудь, думала Вета, графу Карелу Радичу сказали, что его первый внук родится не в доме графа в окружении слуг и врачей, а в маленьком, бедном домишке на окраине Леррена, граф бы очень сильно удивился. А еще вернее – рассердился бы и посоветовал собеседнику думать, прежде чем сказать такую очевидную глупость.

И уж наверное, еще меньше ожидал бы такого Его Величество Карл Третий. Смешно - внук короля будет расти в доме простой горожанки. Увы, почему-то судьба не всегда учитывает желания и намерения людей. А еще вернее народная мудрость: хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах.

Впрочем, ей еще грех жаловаться. У нее есть крыша над головой и живая душа рядом. Могло ведь не быть и этого…

Беременность ее протекала без особенных осложнений, и Вета надеялась, что и роды пройдут так же.

К началу четвертого месяца перестало мутить по утрам, отступил мучительный прежде голод. Живот рос медленно, но к зиме его уже стало видно под одеждой, и корсаж пришлось зашнуровывать совсем нетуго. Бабка Катарина говорила, что нужно больше гулять, и Вета ежедневно ходила на рынок, или к соседям с каким-нибудь поручением, или просто выходила и стояла возле дома, вдыхая пусть не очень-то чистый, но все-таки свежий и холодный зимний воздух.

Бабка, надо отдать ей должное, берегла свою неожиданную постоялицу. Но вся та обычная, ежедневная работа, которую Вета выполняла по хозяйству, была бы, наверное, привычной для деревенской девушки или горожанки из «простых». Вета же, аристократка, не привыкшая к тяжелой работе, уставала так, что к вечеру дрожали и подкашивались ноги, и это удивляло бабку. Иногда Вете казалось, что на каторге было все-таки полегче.