Сказка о принце. Книга вторая

Выли по деревням бабы – внеочередной рекрутский набор, говорили, не будет последним. Ужесточились наказания за уголовные преступления – виновных в убийстве теперь вешали, чтобы не кормить в тюрьмах, воров и мошенников сразу отправляли в действующую армию. Да еще лето выдалось невиданно жарким, и на полях горел урожай. Эх, дождичка бы, вздыхали люди, ведь пропадет все, сгорит дотла, виданное ли дело – ни единого дождя за полтора месяца.

Проезжая мимо деревень, слушая разговоры в трактирах и на постоялых дворах, Патрик поражался, как быстро и сильно изменилась жизнь за всего-то год.

Прошлой весной, когда они с Ветой шли в столицу, все было совсем не так. Не такими злыми были люди, не так быстро вспыхивали драки, и говорили, и пели тогда более откровенно, и смеялись громче, и шутили чаще. Теперь же – словно сеть набросили на людей, заткнули рты. А и вправду заткнули – теперь разговоры «не о том» приравнивались к политическому преступлению.

Глядя на этих людей, временами Патрик чувствовал себя счастливым: песчинка в огромном людском водовороте, он был свободен, его уже не искали, он не нуждался ни в деньгах, ни в хлебе, у него был теперь свой дом.

Да, у него был теперь дом. Господин Август Анри на прощание крепко обнял его и сказал, что в любую минуту, в любой день двери его дома открыты для племянника Людвига. Если ему нужно будет отдохнуть, переждать, укрыться – он всегда найдет здесь приют. Кроме того, на имя господина ван Эйрека они с Лестином уговорились писать друг другу.

Все, что им обоим будет нужно, они смогут передавать через «дядю» Августа.

Встречи с Лестином предполагались по-прежнему нечастыми. К части лордов визиты предполагались совместными; тех, кто оставался в столице, Лестин обещал взять на себя, к остальным Патрик должен поехать один. Впрочем, он молод и здоров; выносливый конь, шпага, запас еды в дорожном мешке и монеты в кошельке – что еще нужно? Временами Патрика охватывал азарт совершенно мальчишеский; Лестин же, глядя на воспитанника, хмурился и вздыхал.

** *

Граф Эдвард Юлиус Ретель из Ружа при Его Величестве Карле Третьем не без оснований считался одним из самых богатых и влиятельных дворян королевства. Вся Ружская область принадлежала роду Ретелей, была пожалована отцу нынешнего графа еще королем Карлом Вторым. Правда, был еще монастырь, с которым уже много лет у графа велась тяжба за заливные луга возле Старого Ружа, но даже это не умаляло богатств Ретелей.