Сказка о принце. Книга вторая

Осторожно отодвинул занавеску, посмотрел на спящего… вздохнул тихонько. Ладно хоть платят за него… недаром тетка каждый день мясо варит, и вон занавеска у нее новая, нет худа без добра. А все-таки лучше б не было этого приемыша вовсе, не до него сейчас совсем.

Жаклина окликнула его негромко:

- Садись, поешь. Тебе оставила, знала, что придешь. Что так долго не был?

- Служба, - так же хмуро обронил Жан. Снял и кинул на лавку мундир, сел, вытянул ноги. Поболтал ложкой в супе. – Смотри-ка, аж ложка стоит… Где мясо-то взяла?

- На рынке, ясное дело.

Патрику твоему сейчас мясное – первое дело, чтоб раны затягивались. Ешь, радость моя, ешь… вот хлебушка возьми. Я тебя и в прошлый раз ждала, пирогов напекла… ой, да ты похудел! Вроде прямо с лица спал… чего так?

Жан опустил ложку, поглядел на тетку. Встревоженные глаза, родное некрасивое лицо… она не знает, куда усадить его и чем накормить, а он, дурак, нос воротит. Да пусть все на свете беглые каторжники идут лесом, тетка все равно любит его… пирогов напекла.

Ну и дурак же он безмозглый!

Жан впился зубами в кусок мяса и едва слышно заурчал. Кот, почуявший запах еды, спрыгнул с печи и с требовательным мявом стал тереться об его ноги. Жан наклонился, протянул кусочек мяса…

- Вкусно, – выговорил, прожевывая. – Ммм… а это что? С вишней, что ли?

- С вишней, - подтвердила Жаклина, ставя на стол большой кусок пирога. – Как ты любишь. Надолго ты?

- Часа на два, а потом обратно. Нас теперь не отпускают надолго. Ну, как вы тут?

- Да ничего вроде, - Жаклина вытерла полотенцем кружку, налила Жану молока.

– Живем помаленьку. Вчера господин Лестин опять навещали…

- Как он? – Жан мотнул головой в сторону горницы.

- Спит, что ему… - тетка засмеялась.

- На поправку, что ль, пошел?

- Пошел… - Тетка хмыкнула. - Уж эти мне благородные, беда с ними. Крестничек твой, видишь ты, меня стесняться изволит. Ну, пока перевязки – еще туда-сюда, там ему ни до чего дела нет – зубами скрипит да ругается только.

– Она хихикнула: - Ой, как ругается – и где только набрался… Сапожник у нас был, Луи, помнишь? Ты еще мальчонкой бегал; хороший был сапожник, да помер как-то на Рождество – пьяным замерз. Ну да дело в не в том, а выражался он – ой как выражался! Я хоть и не любитель этого дела, сам знаешь, но порой заслушивалась – это ж какие связки, какой… - она запнулась, - чувства сколько! Так вот сдается мне, наш крестничек, если еще немного подучится, того Луи догонит.