Андреевское братство. Зигзаги судьбы

За те же четверть часа он быстрыми точными штрихами написал прекрасный портрет девушки. Вот теперь я с восхищением смотрел на свой чёрно-белый автопортрет и не находил слов, чтобы объяснить это чудо. Впрочем, вскоре сообразил, что всё дело в моей абсолютной памяти. Вот посмотрел на себя в зеркало, эта картинка запечатлелась в моём сознании, а дальше рука воспроизвела на бумаге нужные штрихи, линии и тени – так и получился мой портрет. Я в очередной раз потрогал лоб в том месте, где у меня буквально несколько дней назад имелся шрам от ранения в голову.

А сейчас он него не осталось даже малейшего следа! И это тоже действие загадочного инопланетного прибора – гоместатического браслета! Конечно же, и на автопортрете отсутствовал шрам – этот намёк на недавнее смертельное ранение.

Но повторюсь, всё это произошло со мной в первый день пребывания в школе Шульгина. С тех пор и написанный мною нотный стан с музыкальными символами, и автопортрет так и лежали в прикроватной тумбочке.

Времени заниматься изучением своих суперспособностей у меня просто не было.

И вот на втором месяце нашего с Иваном Столяренко курса молодого бойца в тренировочном центре опять появился Александр Иванович. Поговорив с нами о делах насущных, отметив достижения каждого из курсантов своей школы, Шульгин заявил о том, что нам пора заняться улучшением памяти, поскольку впереди нас ожидают непростые языковые курсы. По его словам членам братства, ответственным за реальность Петра Великого, желательно в совершенстве знать русский язык того времени, а кроме того не помешает знание немецкого, английского и французского языков.

– Вот ты, Сергей, какие языки знаешь? – задал мне вопрос Александр Иванович.

– Тремями языками владею в совершенстве, – весело ответил я, – ну, ещё немножко англицкий разговорный знаю, вот и всё, наверное.

– Это понятно, мы тут все такие, – улыбнулся Шульгин, – только языками ты владеешь не тремями, а двумями, поскольку командный и матерный – это есть одно и то же.

– И у меня примерно такие же познания в языках, – ответил на аналогичный вопрос нашего куратора Иван, – впрочем, могу смело сказать, что неплохо знаю латынь, во всяком случае ту его часть, которая используется в медицине.

– А ещё вы должны хорошо владеть холодным и огнестрельным оружием того времени, – добавил Александр Иванович, – поэтому в вашу подготовку уже вошли курсы по соответствующим дисциплинам.