Волк и Фиалка

Еще бы! Высокая красавица с персиковой кожей, глазами цвета травяной зелени и копной золотистых кудряшек была самим воплощением озорной весенней поры. В мятно-зеленом платье Салли была похожа на дикую примулу.

-Как думаешь, их повесят или отправят хозяевам? – Спросила она. – Индейца-то точно повесят, а вот эти могут избежать правосудия, если капитан О’Коннел свяжется с розыскным столом, а потом и с хозяевами беглых.

Кассандра лишь пожала плечами. Она не одобряла рабства в принципе. На этом разговор с Салли был закончен.

Девушка предпочла уйти в свой кабинет и провести оставшуюся часть перерыва там. Несколько лет назад, примерно за год до переезда в Новый Свет, она жила в Африке. Арчибальд Браун, ее дед, был ботаником и изучал редкие виды диких лилий и орхидей в тех далеких краях. Почти пять лет их семья прожила в долине озера Виктория в одной деревушке. Кассандра преподавала местной детворе в миссионерской школе вместе с бабушкой, Еленой. Дедушка же дни на пролет проводил в лесах с местными охотниками в поисках интересовавших его растений. Увлеченности Арчибальда своим делом можно было только позавидовать. По вечерам, собираясь за ужином всей семьей Брауны обменивались новостями и интересными наблюдениями. Кассандра и Елена общались с местными жительницами, изучая их быт и обычаи с более мирной стороны, тогда как Арчибальд с более воинственной. Он даже отважился поучаствовать в большой охоте на слонов с местными охотниками. Вот уж кем Касси действительно восхищалась!

Переехав в Соединенные Штаты, девушка ужаснулась тому, настолько распространено рабство в этой стране, особенно на Юге.

Прожив так долго среди свободных африканцев в их стране, она с ужасом в душе провожала взглядом колонны рабов в Миссисипи. Такое жестокое отношение Салли к бандитам удручало. Если пораскинуть мозгами, что чернокожим оставалось после побега от хозяев? До более лояльных северных штатов отсюда почти невозможно добраться. Похожее положение было и у коренных племен. Кассандра слышала о зачистках целых деревень. Выживших сгоняли с насиженных мест дальше на восток в дикие или бесплодные земли. Те, кто оставался и сопротивлялся до последнего в конечном итоге превращались в бандитов за неимением другого выхода.

Такие, как Салли выросли в борьбе за жизнь в этих местах, в страхе перед налетами краснокожих. Рабство для этих людей стало частью привычного мира, неотъемлемой частью общества. Это печалило.