Корпорация Лемнискату III. И замкнется круг

Чтоб его!

Взяв со стола бокал с водой, пригубила, а в следующее мгновение меня обдало жаром и вспышкой острого желания, и я, подавившись, закашлялась.

Тяжелая рука похлопала меня по спине.

— Осторожнее, — предупредил творец, присаживаясь возле стола и с улыбкой поглядывая на меня.

— Ну как, согрелся? — я напустила на себя невинный вид.

— Да, — хмыкнул Калеб. — Думаю, первый раз мужчинам удалось избить меня вениками и уйти безнаказанными.

— Вот и ладушки, — порадовалась я, опускаясь за стол напротив мужчины.

— Теперь согреваемся дальше. На столе ты видишь традиционную русскую кухню разных времен. Выбирай, что понравится. Но сначала выпьем.

— Водка, — хмыкнул творец, кивая на внушительный графин.

— Это знаешь?

— Кто же не знает ваш напиток!

— А что вы предпочитаете у себя дома? — спросила, разливая.

— Ром. А если из традиционных, то пульке или чичу.

Я слышала об этих напитках и знала, что по крепости им не

сравниться с хорошей водкой.

— Что ж, за нас, — предложила тост.

Мы чокнулись и выпили.

Калеб выдохнул и сразу закусил, как и я.

Кидая взгляды на его тело, я хорошо понимала, что опьянеть в связи с разницей в весе могу быстрее, но, в отличие от гостя, умею грамотно пить. И откусила еще хлеба с маслом.

Спустя четыре часа, уже глубокой ночью, я, пошатываясь под весом тяжеленного тела пьяного мужчины и сама не особо трезвая, пыталась погрузить Калеба в транспорт. Получалось это у меня из рук вон плохо. Но после получаса мытарств, я назвала автопилоту пункт назначения, и мы полетели.

Сказать, что дома нас ждал нерадостный прием, — это ничего не сказать.

Первым, что я увидела, было полное ярости лицо Ивана Ивановича и совершенно ошарашенное и расстроенное лицо Алонсо. Родригес уже отключился, и поэтому следующими, кто со мной поздоровался, были Роберто и его ребята с ехидными, словно у гиен, улыбками. Они сегодня весь день нас сторожили, хотя мы их и не видели.

— Вера, как ты могла его напоить? Я тебя об этом просил? — возмущался Ратский.

— Мы были постоянно у всех на виду! — внесла ясность я.

— А потом он замерз. Я его согрела.

— Водкой, — пробухтел Алонсо.

— Баней! — возмутилась я.

Меня вел один из ребят Роберто, а сам он, с еще парочкой мужчин, несли Родригеса в его спальню. Моя оказалась ближе, и мы остановились возле двери.

Роберто, развернувшись и тяжело дыша, сказал мне:

— Вера, я под впечатлением, что вы смогли погрузить этого мамонта в машину, и в восхищении от того, как вы провели вечер.