Корпорация Лемнискату III. И замкнется круг

— Осторожнее со своей силой.

Слегка ошарашенный мужчина стоял и растерянно смотрел на свою ладонь.

— Извини, я не специально. Погуляем среди гостей по коридору?

— Нет, пойдем в ложу. Здесь Карманов.

— С чего ты взяла? — нахмурился творец.

— Снова чувствую его тяжелый взгляд, практически с того момента, как мы вошли. Но пока не могу разглядеть среди гостей. Нет настроения встречаться с этим типом.

— Кажется, наша комедия продолжается? Во время обеда был первый акт, в гостиной — второй, теперь будем ждать третий?

— Надеюсь, что нет.

Жалко, что он не творец.

— Почему? — удивился Калеб.

Неужели подумал, что я могу позариться на этого параноика?

— Я не только способна чувствовать творцов и помогать им, но могу и влиять на них. Увы, он человек, а с ними мне всегда было трудно.

— Всем нам непросто. Но не думала, что, будь он творцом, ты могла бы в него влюбиться?

Я на несколько секунд задумалась, а потом решительно покачала головой:

— Нет.

Калеб только рассмеялся.

В зале стало темнеть, и буквально через минуту мы погрузились в мир прекрасных арий и бередящих душу чувств. Древний театр, видевший не одно поколение зрителей, был прекрасен. Как и сама постановка. Но что-то мешало мне до конца отдаться удовольствию от представления.

Я чувствовала чужой взгляд, и тревога не покидала меня, но отыскать Карманова среди зрителей не могла. Если этот нехороший человек что-то устроит, то ему это потом всю жизнь аукаться будет. Уж я об этом позабочусь!

Когда объявили антракт и в зале вновь загорелся свет, я обернулась и увидела зевающих гостей и кемарящего Калеба.

— Наверное, тебе очень понравилась опера? — насмешливо спросила я, под смешки остальных.

Приоткрыв сонные глаза, творец ответил:

— Потрясающее по своему воздействию произведение. Это же надо обладать таким усыпляющим эффектом!

Мы вышли в общий холл, где представители света прогуливались, разминая ноги.

— Ты не понимаешь, о чем они поют?

— Язык я знаю, все творцы знают несколько языков, а к ним еще и пару древних диалектов, но это визгливое пение…

— Варвар! — стукнула я по согнутой руке Калеба и, взявшись за нее, потянула его в сторону буфета.

— Пойдем перекусим.

— О, это я всегда с радостью!

— И как ты с таким аппетитом не толстеешь?

— Секрет.

Мы расположились за одним из немногих оставшихся свободными столиков, я передернула плечами из-за все еще ощущавшегося тяжелого взгляда и пригубила чай.