01. Вопрос Жизни и Смерти!

Что бы Она не пыталась изменить, всё возвращалось к исходному. Белое платье, что больше напоминало рубашку, переходящую в юбку прямого фасона, расстёгнутый воротник и верхние пуговицы, тёмно-сиреневый кожаный пояс, как и прежде, придавали Её образу холодной строгости. На плечах лежали распущенные пепельные волосы.

Они уже слышали Её милый разговор с итальянцем, слышали Её бархатный чарующий голос с насмешливыми и властными нотками.

Но стоило им подойти ближе, как диалог прекратился, словно у другого края стола появилась немая гостья — тишина делала свой заказ.

Она же не удостоила гостей вниманием. Смерть не отважился сесть рядом с Ней, поэтому место посередине занял Амадей, хотя колдуну самому было некомфортно оказаться так близко к коварной женщине. В последний раз он так себя ощущал, будучи наедине с бешеным волком — сестра однажды решила их познакомить.

— Кажется, мы почти угадали с цветом, — Амадей вспомнил о букете.

— Благодарю, Амадей, что не забываешь о манерах, — не поведя глазом, сообщила Она. От этой фразы Смерти стало неловко. — Как там Элен?[ Элен Этерни - одна из членов Семьи Смерти (самоубийство).] — Речь шла о той «любящей» сестре.

Ответил Амадей:

— Чудесно, почти перестала убивать меня по воскресеньям.

Тишина терпеливо ждала свой горький и холодный кофе, следя, как чёрная ледяная жидкость беззвучно просачивается сквозь молотые зёрна и фильтр. Методики приготовления колд-брю всецело принадлежали ей.

Смерть знал, что ему нужно что-то сказать. За восемьдесят четыре года у него накопилось так много слов, но сейчас они куда-то рассеялись. Он ненавидел это. При виде Неё он терял многовековой ораторский опыт.

Восемьдесят четыре года. Для кого-то это мог быть пожизненный срок, но для них… Для них это была лишь незаметная песчинка времени. Будто только вчера они стояли на девятом небе Рая, окружённые ангелами Марса.

Девушка поправила прядь серебристых волос, улыбнувшись уголком губы.

— Здравствуй…

Не услышав в этом слове ни призрения, ни даже обиды, а найдя лишь тепло долгожданной встречи, Смерть как-то недоверчиво повернул голову в Её сторону. Его безжизненные белые глаза встретились с Её бушующим штормом.

Её портрет можно было назвать «Ангел на Земле», «Богиня красоты» — само совершенство. Но глаза сложно давались каждому художнику. Глаза — зеркало души.