01. Вопрос Жизни и Смерти!

Когда опекуны употребляют полное имя, следует насторожиться, ибо никогда оно не звучит просто так.

Мальчик не откликался. Он уже далеко убежал. Не будь Летта магом, она бы испугалась до ужаса, что потеряла воспитанника. Но колдунья тут же пошла по его следу.

В том переулке было много пара, он был заставлен выварками и котлами — это место было задним двором для больших лавок, где ремесленники выделывали кожу, вываривал ткани, дерево. Жарко тут было и отвратительно воняло. Из кузницы доносились тяжёлые удары и противный скрежет металла, от которого по телу проходили мурашки — кто-то точил лезвие.

— Ты потерялся?.. — хрипло спросила сгорбленная фигура в полутумане у маленького мальчика.

Тот, пискнув, отшатнулся назад, но всё равно кивнул:

— Я хочу к няне, — голосок его трясся.

— Пойдём со мной… — предложила калечная фигура, напоминавшая мистическую кикимору. Кикимора уже протягивала грязную вонючую руку мальчику. — Я отведу тебя… Пойдём…

Летта появилась, как всегда, в подходящий момент, резко отгородив Тиберия от противной неприятности.

— Прочь! — пригрозила Летта, — убирайся, иначе в этот раз тебе отрубят не пальцы, а голову! — от её пристального взгляда, человек сгорбился ещё больше. И как побитая собака, хромая, поспешил уйти от неё подальше.

Второй нищий за десять минут. Летта негодовала. Один чуть её не обокрал, второй решил продать мальца в рабство. В затуманенном переулке почти не было людей, поэтому Летта позволила себе выругаться.

— Я понимаю, что просить Вас забыть эти слова — бессмысленно, — она недовольно вздохнула, вспомнив, что за спиной стоял Тиберий. — Но прошу, хотя бы не при родителях.

Закатив глаза, няня отдала мальчику купленные лакомства.

— У Вас очень доброе сердце, няня, — сказал он, выбирая вкусные орешки, — но очень злой язык.

На это Летта только фыркнула, ещё не отойдя от злости. С бедностью ей ещё придётся разбираться, а пока они выходили из сумрачного переулка.

— Смотрите! — очаровано говорил мальчишка.

Летта посмотрела в ту сторону, куда показывал воспитанник. Но первым делом она увидела не красивое оружие, а того, кто его натачивал.

Было жарко и душно, оттого подмастерье стоял без рубашки. Для кузнеца мужчина был слишком молод. Вдоль мускул правого плеча проходил старый глубокий шрам.