Кассир его Высочества

Не за рабочим же столом, на котором я монеты раскладываю, мне кушать: деньги - они вообще-то грязные. Причем - сильно и буквально.

В спальне все осталось по-прежнему. Единственное отличие было в том, что принцесса стояла посередине комнаты, а Агнесс пыталась привести одетое на ней изодранное платье в некое подобие… порядка. Но это сложно… НАШИ коготки изрядно над ним поработали… Наверное, проще укутать девушку большой шалью или платком и быстро провести до её покоев. Не думаю, что у принцессы это платье единственное…

Собственно, это нехитрое предложение я и высказала вслух, привлекая к себе общее внимание… Библиотекарь и Агнесс заметно напряглись и поспешили прикрыть принцессу Анну от меня своими телами… Причем - в буквальном смысле.

Но та - только послушно кивнула на моё предложение о шали. Защитники расслабились и отступили в стороны, а я уселась за стол и, поставив корзинку, начала доставать из неё еду…

Не знаю, правильно ли было с моей стороны предложить им (и принцессе – тоже!) разделить со мной скромную трапезу.

Но я – предложила! И это нормальное правило из моего старого мира, а они сами пусть решают: не хотят - как хотят. В итоге, мы вчетвером слегка перекусили, сидя за общим столом. И, судя по взглядам, которые, время от времени, бросал на меня наш старичок- библиотекарь, - это было нечто для всех весьма поразительно-удивительным действом.

После трапезы они с принцессой ушли все тем же способом - с прихлебыванием из бутылочки и разгибанием прутьев решетки. Способ, на мой взгляд, - не очень: силу он, конечно, старичку давал, а вот руки прочнее от этого не делал.

И библиотекарь буквально, и в самом прямом смысле, - срывал кожу с ладоней.

Принцесса молча на это смотрела. И на меня смотрела. Тоже молча. Но, едва поймав мой взгляд, тут же отводила глаза, опуская их к полу. Она вообще ни единого слова за весь вечер не произнесла…

Когда они ушли, Агнесс с тяжелым стоном опустилась на мой стул… за моим рабочем столом и, уперев локти в столешницу, начала сосредоточенно массировать себе виски.

- Устала? - спросила я у нее немного виноватым тоном.

- Ну что Вы, Госпожа! - ответила она ехидно и добавила, немного растягивая слова. - Я полна сил и готова выполнить любое Ваше желание.

- Тогда… Хочу ванну… И – массаж! - я даже немного на неё обиделась за такой тон с её стороны на моё искреннее сочувствие.

- Как прикажете, - безразлично проговорила горничная, всё же тяжело поднимаясь со стула и удаляясь в спальню.