Любовь песчаного дракона

— Все в порядке? — спросил Филин, тяжело дыша, и отпустил нити защиты.

— Да, заказ у меня.

— Обратно возвращаться опасно. Через пять минут охрана будет в курсе кражи. Гостей начнут обыскивать, — инструктировал напарник на ходу, пока мы бежали по темному коридору подвала. — Выбираемся в город и смешиваемся с толпой. Ты уходи крышами — тебя не засекут. Я пойду на площадь, чтобы размыть следы магии. Заказ заберу с собой, на всякий случай, если он вдруг начнет фонить. Встретимся в гнезде.

— Поняла, — кивнула я, передавая сумку со шкатулкой, и уже почти сделала шаг к выходу, когда дорогу нам преградил ваэльский пес.

— Ты же говорил, их закрыли на время праздника…

— Ошибся, — севшим голосом произнес напарник, делая шаг назад.

Ваэльских псов к нам привезли из болотного королевства. Бертайн находится на северо-западе материка, в настолько влажном климате, что почва не успевает впитывать воду, постепенно заболачивая местность. Долгие годы эволюции породили в тех местах страшных тварей, устойчивых к магии и способных выживать в самых экстремальных условиях.

Псы являются главной гордостью болотников. Изначально над ними потрудилась природа, а затем маги усовершенствовали некоторые способности, создав идеальных охранников.

К хозяину ваэльских псов привязывали с рождения: сначала каждый день в течение месяца давали им по капле крови хозяина, а затем каждые полгода разведенный порошок. К двенадцатому месяцу эти монстры вырастали до размера тягловой лошади, вызывая ужас одним своим видом. Их шерсть настолько густая и плотная, что выдерживает удар мечом.

Начиная от макушки и вдоль всего хребта у твари имеются острые наросты — деформированные позвоночные пластины, затачиваемые до остроты лезвия. В сочетании с зубастой пастью и острыми когтями… Пес выглядел проводником к Духам Пустыни.

Жуткая тварь смотрела на нас налившимися кровью глазами, и ее оскал не обещал ничего хорошего. Даже если бы мы разделились, вряд ли смогли бы ускользнуть от исчадия сумерек. Кажется, это был конец…

От страха меня парализовало, а дыхание застряло где-то в груди.

Конечности оказались свинцово-тяжелыми, облегчая псу задачу. Я уже приготовилась отправиться на тот свет, когда в воздух неожиданно взвился песок. Сначала тонкая струйка, пощекотавшая черный нос пса, а затем вверх взметнулся целый столп, окутывая животное непроглядной завесой.

— Бежим! — рявкнул Филин, дернув меня за руку, и, прошмыгнув мимо зверя, побежал к забору, отделяющему от спасительной улицы.