Невольник с планеты Сан

Отец всегда посмеивался над этим её умением выпадать из реальности, благодаря которому она совершенно не умела долго хранить обиды и, в свою очередь, не понимала, почему кто-то обижается на нее, ведь свои мелкие проступки она забывала так же быстро, как и чужие. Харта это немного раздражало, но он привык.

— Конечно, разберусь, — кивнула Сэди и смахнула с плеча отправляющегося навстречу одному ему ведомым приключениям брата невидимую пылинку. — А ты? Будешь благоразумным?

— Как и всегда, — подмигнул он.

Когда ворота за ним закрылись, его автомобиль, взвизнув шинами, быстро скрылся за поворотом пустой дороги.

Сэди растерянно посмотрела на тихо стоявшего рядом санийца и махнула рукой в сторону каменного у основания дома:

— Иди за мной.

Оборачиваться, чтобы проверить, следует ли он за ней, Сэди даже в голову не пришло. Она понятия не имела, каким образом это достигается, но все невольники с планеты Сан были идеально покорными и обычно не доставляли никаких проблем своим владельцам. А ещё неплохо понимали их язык.

Говорили они с лёгким акцентом, и это наводило на мысль, что между перевозкой и продажей их не только усмиряют, но ещё и обучают.

Глэдис распахнула высокую обитую металлическими пластинами дверь дома, едва Сэди оказалась на пороге.

— Госпожа, — пробормотала она, не отрывая взгляда от порога, и торопливо стёрла носком домашней туфли тонкий слой вездесущего мха, подбирающегося ко входу.

— Ты у нас больше не одна, Глэдис. Но ты наверняка догадывалась об этом, слыша наши с Хартом разговоры последние просветы.

— Да, госпожа.

Войдя в дом, Сэди, не глядя, вытянула руку с зонтом, который был мгновенно отставлен в сторону, и скинула с плеч плащ, столь же незаметным движением отправившийся на место.

— Покажи ему его каморку, покорми, найди одежду. В общем, разберёшься, — повторила слова брата, легко сбросив с себя ответственность, Сэди, которая и сама понятия не имела, что делать с новым невольником.

По привычке, она доверяла это Глэдис, прислуживавшей их семье ещё до ее рождения.

Санийка прожила с ними почти всю свою жизнь, с глубокой юности, и за все эти годы ни разу не вызвала ни малейшего недовольства хозяев. Она была тихой, немногословной, незаметной и в то же время незаменимой. Никто никогда не сомневался, что брошенная в любой комнате на пол вещь уже спустя несколько мгновений окажется на положенном месте, что все поверхности дома никогда не перестанут блистать чистотой, а пища будет подана вовремя, соответствуя вкусам каждого из них.