Камни на паркете

Запах, который она столько лет пыталась забыть.И не смогла.Не глядя и не целясь, Пауль наощупь дотянулся до маузера и выстрелил……Звон, треск, грохот. Потрясая остатками стекол, окно опять распахнулось и ударилось о холодильник. Ледяной ноябрьский воздух ворвался на залитую кровью кухню, чуть не сорвал фуражки, разметал протокол.- Да твою ж дивизию, лейтенант! – рявкнул полковник Ночка, - что за префоманс, итить твою, я спрашиваю! Тут ветеранов, понимаешь, как курей, режут, а ты инсталляциями занимаешься! А ну быстро закрыл!Трепеща, молодой милиционер перепрыгнул через красную лужу и простреленные старинные часы, и начал бороться с рассохшимися от времени рамами.

- Товарищ полковник, если я не нужен, я пойду? – спросил внук покойной, который и обнаружил труп, - вы же меня вызовите, когда понадоблюсь?- Да, пожалуй… Хотя нет, постой. Бабка оккультизмом баловалась?- Н-не припомню такого…- Баба Маша верующая была, в храм ходила, - с готовностью затараторила одна из понятых, - все, говорила, за мужа своего первого свечки ставлю, в войну погиб, так сыночка-то и не увидел… И даже фотографий не осталось. - Ну, война такая вещь… ладно, Сумеркин *, идите. Только много не пейте. А то тоже без головы того... Да, и доктора кликните, если встретите. Чего он там застрял, растудыть его! Бабуин прозекторский…Два раза повторять было не надо. Петр Павлович спешно пошел к выходу из квартиры. Еще бы! Не каждый день натыкаешься в коридоре на снятую голову любимой бабушки. - Да ты не переживай, она не мучилась, - проскрипел сухощавый человек в белом халате, появляясь из большой комнаты, - это маньяк, он знает свое дело.- О, доктор. Вас там полковник заждался, - сказал Петр Павлович, - а меня отпустил. Я ухожу домой.- Ну и правильно, - кивнул доктор, по-птичьи изогнув шею и не отрывая глаз от казенного бланка, - тут теперь уже наша работа.Дописав что-то, дыхнул на печать и заверил бланк. «Снеговой Т.О.Т.», невольно прочел Петр Павлович. И кого только в милицию теперь берут!- Да, кстати, позвольте полюбопытствовать, а почему в одной комнате пентаграмма выложена, а в другой свастика? – спросил доктор, поправляя очки. - Не знаю, - честно ответил Петр Павлович, - ну я пошел?Прикрыв глаза, доктор снова дернул шеей и двинулся на кухню.Выйдя на улицу, Петр Павлович долго стоял, глядя в непривычно ясное ноябрьское небо. Где-то отмечали свадьбу, и разноцветные ракеты со свистом распарывали воздух.