Ангел смерти и Ошибка Природы

В его голосе прослеживалось лукавство, но я не придала этому значения. Стать летучей мышью прямо здесь и сейчас? Соблазнительное предложение. А вдруг взаправду получится? Я ж тогда от радости помру!

Мне понадобилось недюжинное терпение и пара часов усердных тренировок под наблюдением Жнеца, чтобы из сотен моих неуклюжих попыток в итоге вышел толк.

Он стоял, прислонившись к стволу кряжистой сосны со скрещенными руками и ногами, давал дурацкие советы и посмеивался.

Я, обласканная его взглядом, проделывала посреди леса какие-то немыслимые упражнения, о которых читала в учебниках для фей еще в те славные деньки, когда цвели надежды на поступление в поднебесную школу.

Если б знала, какой экзамен предстоит сдавать сегодня, подготовилась бы заблаговременно.

И вот, спустя бесчисленное множество поворотов, наклонов и аффирмаций, проговоренных про себя, мне, наконец, улыбнулась удача. Я трансформировалась в летучую мышь. Причем это знаменательное событие имело место не ночью, как раньше бывало, а свежим морозным утром.

Я обзавелась кожистыми крыльями, мехом и жуткой мордой. Зависла в воздухе, не веря своему счастью. А Жнец, довольный донельзя, подходит и цинично хлопает в ладоши.

– Молодец. Теперь давай обратно в фею.

Лишь сейчас я в полной мере осознала весь тайный смысл мероприятия. Одежда, что была на мне (между прочим, на заказ шитая) исчезла навсегда.

Какой, однако, трудоёмкий способ меня раздеть! Да еще и на морозе. Изверг!

Меня нещадно клонило в сон (утро же, всем летучим мышам положено сладко спать).

Но чтобы уступить этому нахалу? Не дождетесь. Взмахнув крыльями, я воспользовалась эхолокацией и полетела к дому лесного духа – убежища просить.

Жнец, не переставая злоехидно ухмыляться, решительным шагом двинулся за мной.

Ну что за день сегодня такой, а? Постоянно друг за другом бегаем.

…Ноккави дежурил на крыльце. Собранный, напряженный, в бордовом платье до пят. Обладатель острых граней, острых зубов и не менее острого взгляда заприметил меня еще издали.

Он распахнул дверь своего уютного жилища, чтобы меня впустить, и я, приземлившись на ковер, немедленно сменила ипостась. Превратилась в изрядно уставшую, замёрзшую (и не сказать, чтобы одетую) себя, побежала в спальню, раздобыла платье, точь-в-точь как у Ноккави, и успела вернуться аккурат к началу представления.

Перед Жнецом лесной дух дверь демонстративно захлопнул.

– Что-то я не понял, – надвинулся он на перерожденного всем своим внушительным ростом.