Ангел смерти и Ошибка Природы

Тем более, что, судя по предсказаниям Кровавого Барона, в весьма недалеком будущем мне от мироздания достанется по полной программе.

Голова распухала от перебродивших в ней мыслей. Барон натиска не вынес и просипел из-под завалов: «Тётушке своей напиши!».

О! А вот ей можно. Она с давлением не свалится. Закалённая.

Тётушка Мира сначала не поверила. В ответ на моё сообщение она позвонила и заявила, что собирается оттяпать башку мошенникам, которые прикидываются ее дорогой Айю. Услыхав в трубке мой голос, она тотчас оттаяла.

– Девочка моя, ты?!

«Девочка». Никому не позволю так себя называть. Ей – можно.

Она не была мне родной тетей, поскольку у родителей ни братьев, ни сестер не имелось. Мира была подругой наших знакомых и вызвалась меня опекать исключительно по доброй воле. Связывало нас некое внутреннее родство.

Как только она убедилась, что я – это действительно я, а никакие не мошенники, наступил локальный конец света. Вечно молодая и полная сил, она примчалась ко мне сквозь измерения, как вихрь с дождем.

Тётушка ворвалась в кофейню, оглушительно хлопнув дверью. Дверной колокольчик жалобно зазвенел, но это ее не остановило. Ее грудь ходила ходуном по сногсшибательной траектории. Щёки пылали кармином. Вся фигура выражала решительность и целеустремленность.

Мира швырнула пальто мимо вешалки, на ходу избавилась от сапог – и ринулась к барной стойке, за которой я, ничего не подозревая, меланхолично натирала бокалы.

Похоже, набрасываться на меня от избытка чувств с некоторых пор стало модной тенденцией. Тетушка залила слезами моё платье, в порыве счастья чуть не отняла мою жизнь методом удушения (знаем, проходили, далеко не новаторский подход).

Затем она традиционно завалила меня пирогами – те по щелчку ее пальцев высыпались из невидимого пространственного кармана и угрожающе покатились к моим ногам. Они по-прежнему годились разве что на обстрел какой-нибудь неприступной крепости.

Да, некоторые вещи не меняются, сколько бы лет ни прошло.

***

Тётушка Мира была непримирима. Она объявила, что с места не сдвинется, пока я ей всё-всё по порядку не выложу. Где? Когда? Почему? И еще тысячи аналогичных вопросов, слетавших с ее уст, требовали немедленного ответа.

Я пожала плечами. Немедленно не получится.

Тётушка надула губы, приняла несокрушимый вид и твердокаменно засела в кофейне на несколько дней.