Свести с ума дракона

Началась новая мелодия, на этот раз вальс. Танцевать медленный танец с кем попало, Розалин не собиралась и, намереваясь спровадить нового кавалера, подняла голову.

Сердце лихорадочно заколотилось в груди, и жар опалил щеки. Дар речи куда-то пропал.

Перед ней, нежно улыбаясь, стоял Филип. Высокий, с красиво уложенными волосами, он был одет в роскошный камзол. На черной ткани золотом сверкал какой-то сложный узор. Между пуговицами на груди протянулись золотые цепочки. Широкий ремень скрепляла вычурная пряжка.

К наплечникам крепился легкий желтый плащ. На золотых пряжках был искусно выгравирован незнакомый круглый герб с изображением раскрывшего над головой крылья дракона.

Увидь Розалин его в толпе, никогда бы не узнала, но только Филип мог носить затемненные очки на пол-лица. Довольно улыбнувшись любимому, она приняла его приглашение.

Филип мягко сжал ее в своих руках и повел в прекрасном танце нежности и любви. Розалин, не отрываясь, вглядывалась в его лицо, жалея, что не видит глаз, и счастливо улыбалась.

Ей было все равно, что подумают окружающие. Вот он, ее избранник, тот, кому она уже отдала свое сердце и отдаст свою жизнь на рассвете. Его правая рука крепко держала ее за талию, в то время как левая ласково сжимала ее пальцы. От его прикосновений Розалин бросало в жар, выжигающий все ненужные мысли и оставляющий эйфорию, словно она снова летала вместе с ним над горной долиной.

***

Филип вел свою любимую Розалин в танце и не мог перестать улыбаться.

Она была великолепна. Роскошное платье соблазнительно подчеркивало ее пышную фигуру. Расшитый жемчугом лиф был довольно целомудренный, но оставлял достаточно простора воображению. Мягкие воздушные юбки шуршали по полу, когда он кружил ее в танце. Длинные рукава были собраны складками и заканчивались на середине предплечья, обнажая нежную молочно-белую кожу правой руки и широкий золотой браслет на левой. Его браслет.

Жар прокатился по венам, когда Филип представил, что уже утром она навсегда станет его – нельзя было снять его проклятие и остаться в стороне.

Теперь они навсегда будут вместе. Не только его сердце будет пылать для нее, но и ее для него.

Хотя он и так видел жар ее души, сжигающий Розалин изнутри. Светло-карие глаза буквально светились любовью. И не к кому-нибудь, а к нему.

– Ты прекрасна, – наклонившись к ее уху, прошептал Филип.

Сладкий аромат меда и розы от ее кожи ворвался в нос, будоража кровь.