По морям; По земле; В небесах… Одиссея капитана Станислава

Утром провожу инспекцию на камбузе, потому что надежда на дополнительный завтрак бессмертна, затем мне необходимо проверить канаты, сбегать в трюм, пообщаться с дежурными, короче, работа по хозяйству — это сложное и ответственное мероприятие.

Иногда бывают небольшие оплошности.

Недавно, совершенно случайно, я заглянул в каюту капитана. Рассказывать о ней в принципе нечего, каюта, как каюта. Вещей в ней побольше, но она мало отличается от других. Из отличий: большой ковёр от стены до стены и широкая кровать.

Вот с ней-то и случился конфуз.

Кровать оказалась для меня не слишком высокой, и с целью проверки её рабочего состояния, я прыгнул на неё. Как выяснилось позднее, она оказалась укрыта какой-то немыслимой антикварной тряпкой.

В силу возраста я ещё не разбирался в старинных покрывалах, лично скажу, люблю меховые широкие коврики!

Находясь на кровати Станислава, был поражён новыми ощущениями: она не давала мне стоять, и добираться до подушки пришлось короткими ритмичными прыжками. Она была такой обволакивающе мягкой, что я соорудил себе гнездо и уснул.

Где-то часа через полтора учуял завтрак, спустился вниз, и мне пришлось бежать в трюм освобождать место для ожидавшегося вскоре обеда.

Всё шло хорошо. Но вечером наш капитан отправился спать. Очень скоро я услышал возмущённые крики и, быстренько прикинув что к чему, сообразил, что нашего Станислава не устроило мое гнездо. Поэтому, недолго думая, удрал под защиту Полины и лёг спать к себе в корзину. Когда капитан постучал к ней, естественно, я уже глубоко спал.

Мне казалось, что учитывая количество стаи, возможность вычислить меня не высока и надежда, что на хлеб и воду посадят не меня, грела душу.

Пришлось долго слушать, как наш руководитель, солидный человек с громким родовым именем, противно разоряется по поводу немного испачканных подушек, ерундовых дырочек от когтей на брабантском кружевном покрывале и слегка пожёванного кусочка одеяла. Можно было подумать, что наш капитан готовился выставить своё лежбище на конкурс «Лучшая кровать месяца!».

Наконец, граф грозно навис над корзиной, и мне пришлось открыть глаза. Наш вожак мелочно тряс перед носом немного рваным покрывалом. К сожалению, надежда на нарисованную на моей морде оскорбленную невинность разрушилась в пыль. Капитан схватил мою лапу и приложил к следу на тряпке! Передо мной возникли блики суда и приговора, без смягчающих обстоятельств! Необходимо было срочно принимать меры...

***

Из дневника Полины.