Во благо ли спасение?

Снять одежду привычным способом не представляется возможным, да и не было необходимости из-за огромной дыры в области ранения. Моему взору предстала оголённая смуглая кожа, от которой исходило приятное тепло и можно было ощутить слабоватый запах пота вперемешку с железным запахом крови. Грудь пациента вздымалась и опускалась, явно указывая на живучесть вышеупомянутого. Моё предположение о том, что подобранный житель Йогакулы был воином, оказалось верным. Его достаточно развитые мышцы ног, рук и всего тела в целом, указывало на явное умение держать меч в руках.

Наконец, кровь была стёрта, а вода в ведре, как и тряпка, которой я работала окрасились в красный. Спокойно выдохнув, и вдев нитку в ушко иголки я принялась зашивать рваные края раны. Честно, это хорошо, что юноша в данный момент спал, потому что все, кому бы я не зашивала раны корчились от боли и кричали, словно бы я их калечу. В любом случае, страх перед подобной болью явно их подначивала более не получать таких серьёзных повреждений, что упрощало мне работу.

Через несколько мучительных часов рана была зашита, а на юноше красовалась нательная рубашка моего отца. Уткнув одеяло поплотнее, я вынесла из комнаты ведро с тряпкой, испачканную в крови ткань для первичной перевязки в лесу, нить и иглу. Всё из того же хранилища я вынесла маленький серебряный крестик, чтоб надеть на пациента. Сейчас его организм ослаблен и всякая нечистая сила может посметь позариться на его тело. Судя по заговору, божественная сила на потомков дьяволов действовала также как на обычных людей, так что можно было не переживать.

По пути в спальню я произнесла заговор на крестик:

— О серебро, что от нечистых сил защищает и зло распугивает, помоги рабу Божьему очиститься, в себя прийти и здоровым быть. Душу защити, разум защити, тело защити, якоже мать дитятко своё защищает и избави нас от Окаянного.

Уже в самой комнате, я повесила заговоренное серебро на шею пострадавшему и с усталым вздохом осела на стул. Солнце за окном уже касалось своим боком горизонта, а значит за лечебными травами идти было уже поздно.

Ну ничего, завтра схожу. Сейчас было главным о больном позаботиться. Его рана будет затягиваться около двух месяцев и всё это время мне нужно будет наблюдать за ним на случай всяких осложнений. Надеюсь, всё пройдёт хорошо.

Мысли о завтрашнем дне монотонно носились в моей голове, как стайка жужжащих пчёл и постепенно убаюкивали. Конечно, сегодня я затратила много сил и очень устала.