Зерно граната

— Так почему глициния?

Несколько минут я молчала, разглядывая лиану, которая оплела всю комнату и покрыла стены, свесив с потолка гроздья цветов, а потом порывисто встала, подошла к нему и быстро зашептала.

— Она ломает. Цветы кажутся такими прекрасными и беззащитными, но стоит ей войти в силу, и стебли всегда ломают опору. Её побеги способны раскрошить камень, согнуть железо, превратить дерево в труху.

— Тебе не нужна опора, — он смотрел мне прямо в глаза. — Жалкая богиня цветочков? Не лги себе. Ты изменила Подземное царство без чьей либо помощи.

Он протянул ко мне руку, и я задумчиво провела пальцами по черным контурам татуировки на его предплечье, и стебли окрасились зеленым, а цветы заалели.

— Не могу контролировать, она сильнее меня, — отдернув руку я потерла ладони друг о друга, а потом сцепила пальцы в замок.

— Она — это ты, — Пирс легонько провел пальцами по моей щеке и, очертив линию подбородка, мягко приподнял моё лицо. — Прими её, и она подчинится.

— Она ужасает. Слишком сильная. Я не могу… — обведя рукой комнату, я покачала головой. — Я чувствую это постоянно, её ярость и страсть, и сдерживаться так тяжело.

Зажмурившись, я отвернулась и обхватила себя руками, но в следующее мгновение почувствовала прикосновение к своим плечам. Настойчивое массирующее движение, расслабляющее зажатые спазмом мышцы.

— Она слишком долго была заперта, — массаж сменился легким поглаживанием, — и так яростна, потому что её сдерживали, но твоя сила успокоится, и ты сможешь управлять ею как захочешь.

Тело расслабилось, слишком долгое отсутствие сна дало о себе знать, и я упала бы, не подхвати меня Пирс. Я боялась уснуть, утратить с таким трудом обретенный контроль. Но его тихий шепот успокаивал, я закрыла глаза и положила голову на его плечо, проваливаясь в полудрему. Лишь прикосновение к прохладной постели заставило меня посмотреть на него.

— Я не хочу снов. Ты можешь сделать так, чтобы их не было? — с надеждой я посмотрела в его глаза, но он покачал головой и печально улыбнулся.

— Очень постараюсь, — укрыв меня одеялом он опустился на корточки рядом с постелью. — Но сейчас может не получиться.

Кивнув, я закрыла глаза, чувствуя, как он убирает прядь волос с моего лба, а следом легонько касается губами виска. Уже погружаясь в сон, я, как сквозь толщу воды, слышу его голос:

— Спи, Персефона.

— Гипнос… — шепчут губы против моей воли.