Горгона. Скипетр Мироздания

Твердый панцирь проткнула таилирами. В разные стороны брызнула мерзкая вонючая жижа. Саккараш словно тонкие хлысты легко отрезали конечности биортона. Уже мертвый паук упал на брюхо. Гулкие звуки, конечно, услышали другие биортоны. Мгновенная передышка и я мчусь к тому пауку что ближе. Главное, чтобы они не напали разом. Спеленают словно кокон, много слышала таких историй. На этого напасть неожиданно не получится, кидает липкую паутину, будь здорова подпрыгивай вовремя. Единственно, что хорошо, это человеческий череп вместо многоглазой головы, для паука скорей плохо.

Конечно, страшно смотреть на это уродство, но даже отростки из глазниц не заменять множество глаз. Биортон ощущает любую энергию, но радиус крайне мал. И сейчас я просто оббежала паука сзади и отрубив задние лапы заскочила на него сверху. Как и с первым, помогали саккараш. И я уже бегу на тихое шуршание где-то рядом. Все повторяется снова. Не знаю, сколько времени я носилась по залу как угорелая. Хорошо перед переходом столько зелий наглоталась, что наверно хватило бы несколько раз Майору оббегать. Правда расплата потом будет ужасная, но это потом. Не забывала я и за заказчиком присматривать, изредка почти рыча ему приказы куда перемещаться. Биортоны на него пока не нападали, и это очень большое везение. Последнего паука пришлось сжечь огнем. Стихия зажглась на моих пальцах и тугой струей полыхнула на плюющегося паука. Сдохни тварь. Черт, небольшая передышка, оглянулась, стою уже почти рядом с высоким алтарем. Почему- то тишина не успокаивает, а указывает на новые гадости, которые не заставили себя ждать. Сначала щелчки, потом звук многочисленных лапок и из-за фигуры бога выплывает гигантская паучиха. Её морда состояла из трех черепов, которые еле просматривались на высокой туше. Эт надо же попасть в гнездо биортонов! Везет, как всегда. Матка не создавала новых биортонов, она была мозговым центром. А вот эти маленькие паучки, которые спускались вокруг неё, охрана и воины этого гнездышка. Быстро, пока есть время, достаю из многочисленных карманчиков несколько эликсиров, мало ли что. Затыкаю почти визжащие внутренние голоса, итак знаю, что опасно, и вперед. Лиль работала на полную мощность, саккараш почти превратились в невидимую мельницу. Клинки в моих руках пели свою песню, я словно потеряла чувство времени. Не знаю, почему боялась раньше ведь это так легко, убивать.