Чужая

Эту особенность я заметила впервые как раз после пробуждения силы. Видимо, очередной подарок от отца.

Один айвир был невысокого роста, но очень крепкий, мускулистый. Поражали крылья — мощные, прекрасно развитые. Наверно, он часами мог летать и не уставать. Мужчина был таким серьезным, словно охранял что-то важное. Ни одна мышка не проскочит под его взглядом. Он-то как раз был моей проблемой.

Второй айвир — высокий, худощавый, улыбчивый — рассказывал какую-то шуточку, хлопал по плечу своего напарника, но дождался только недовольно поджатых губ.

— Ладно, пошли есть. Сейчас другая смена придёт.

— У нас еще пятнадцать минут.

И всё-таки, почему я раньше не замечала, что у нас по сменам дежурят? Но зачем? Гостей нет, никто сбежать в здравом (я уже не уверена в себе) уме не захочет. Может, караулят животных? Мало ли кто с травмой придет?

— Ну, что случится за эти пятнадцать минут? Каждую смену одно и то же: ничего не происходит. Только зверь раненый придет да и только.

Внимательно осмотревшись (я вовремя присела, спрятавшись за куст), айвир неохотно кивнул.

— Хорошо, пойдём.

«В этот раз вы ошиблись, что-то происходит, — думала я, выбираясь из-за куста, — но спасибо, что ушли, а то пришлось бы следить за следующей сменой».

Перед тем, как прийти сюда, растворила крылья. Они слишком широкие и заметные (черное на черном тяжело заметить, но вот тень создают характерную, луна сегодня полная, яркая). Так странно не ощущать их, словно нет чего-то очень важного, а я вся такая легкая, без дополнительной нагрузки на спину.

Передернув плечами, присела и мелкими шажками (а вдруг новая смена придет раньше?) пробежала небольшое пространство у подножия гор. Теперь самое сложное: подняться три метра вверх по склону, практически гладкому склону…

«Лишь бы никто не увидел, как я пытаюсь ползти», — подумалось мне. И взявшись за выступающий камень, постаралась найти опору для ноги.

Вот будет весело, если я кубарем сверху упаду, переполошу всех, а потом начнутся разборки. С другой стороны, может, договориться? Какая им разница, куда я пойду? Не в радость ли будет избавиться от черной вороны?

«Не думай о плохом, Кейра, — остановилась на секунду, чтобы успокоиться, закрыла глаза, — только о хорошем. Например, о том, что тебя совсем не видно со стороны, что ты вообще невидимка».

По коже пробежал холодок.